Фото автора.
Фото автора.

«Очень верит в физиотерапию», — так коллеги отзываются о старшей медсестре физиотерапевтического отделения РНПЦ психического здоровья Елене Савчик. Этому направлению Елена Дмитриевна посвятила 39 лет! Чем хороши физические факторы, в т. ч. при лечении COVID-19, специалист рассказала в интервью «Медвестнику».

 

Елена Дмитриевна, 11 августа вы отметили юбилей…

 

Да, родилась я 60 лет назад. Почти с рождения жила в Сибири — в городе Новокузнецке Кемеровской области, куда родители уехали за год до моего появления. Начало 60-х — время освоения новых земель. Так моя семья и оказалась в Сибири. Родилась я в Минске, но уже через месяц мама вместе со мной вернулась в Новокузнецк. Там мы прожили до 1972 года. И вот уже почти 50 лет я по праву считаю себя минчанкой. Очень люблю наш город. Мне кажется, он самый лучший, хотя бывала я во многих городах и странах.

 

И чем вас привлекает Минск?

 

Спокойный, уютный, при этом жизнь в нем кипит. Когда я испытываю напряжение, мне помогают прогулки по городу. Мне необходимо, чтобы вокруг были люди, но чтобы при этом никому ничего от тебя не было нужно. В городе можно ходить по улицам, быть в толпе, но в то же время наслаждаться одиночеством, отдыхать. Очень люблю Немигу, все ее улочки-закоулочки. Я комфортно себя чувствую среди высоких домов и городской суеты.

 

Как вы стали медсестрой?

 

Я окончила 8 классов и на тот момент, наверное, считала себя чуть-чуть взрослее своих одноклассников. Может, потому что это была уже третья школа для меня. Мои родители по натуре путешественники. Живя в Сибири, мы каждое лето ездили в отпуск. Очень ждали с братом это время, хотя никогда не знали, в каком городе окажемся. Москва, Ташкент, Бухара, Гомель, Минск…

 

В 15 лет я поступила в Минское медучилище № 2. Получая стипендию, чувствуешь себя совсем по-другому.

 

Кстати, помните, на что потратили первую стипендию?

На подарки родителям и брату. А вообще всегда было очень важно купить хорошую обувь.

 

Расскажите о первых шагах в медицину.

 

Это скорее выбор моей мамы. Не то чтобы она меня туда отправила, но говорила: «Ты же любишь, чтобы все было аккуратно, точно, чтобы все лежало по своим местам». Хотя мамина сестра до последнего убеждала поступать в радиотехнический: за этим будущее, считала она.

 

Окончив в 1979 году медучилище, я пришла в отделение анестезиологии и реанимации больницы скорой помощи, которая на тот момент начинала работать. Это была самая большая больница, светлая, чистая, с комфортными условиями, что тоже немаловажно.

 

Медучилище я окончила не с красным дипломом, но, как мы смеемся, возле красного он полежал. Выбирая место распределения, я остановилась на реанимации, потому что понимала: там будет сложнее и так я научусь большему.

 

Не пожалели о своем выборе?

 

Ни одного дня, хотя реанимация — это сложные больные, которых не всегда удается спасти. К смерти невозможно привыкнуть, а смотреть в глаза близким пациентов невыносимо тяжело. Со временем пришли опыт, осознание значимости своей профессии. Когда в 18 лет ты отходишь от реанимационного стола и человек продолжает жить, испытываешь огромное удовлетворение от своей работы.

 

Через 3 года я уволилась и попробовала поступить в мединститут, но не прошла по конкурсу. Честно говоря, даже не расстроилась, потому что была уверена в себе, в своих силах. Вскоре меня пригласили на работу в медсанчасть Минского автозавода медсестрой по физиотерапии — 1 сентября 1982 года.

 

Как обучались новому? Насколько это сложное направление?

 

Полгода я работала под руководством старших коллег, а потом получила направление на специализацию по физиотерапии. Это, наверное, уже традиция, когда в физиотерапию приходят молодыми и остаются на всю жизнь. Мои коллеги были опытными, грамотными специалистами. А я, честно говоря, не понимала, что можно делать в физиотерапии после реанимации с ее бешеным ритмом. Чем здесь можно помочь при боли в спине, переломе? Первое впечатление: все ходят с песочными часами в руке, вторая — в кармане. Это потом пришло понимание, что все это в целях безопасности: аппараты стационарные в металлических корпусах, и нельзя во время процедуры касаться их корпуса.

 

Трехмесячная специализация по физиотерапии несколько упорядочила мои знания, все стало гораздо понятнее. Ведь в медучилище количество часов по физиотерапии было ограничено, и, получив диплом, разницу между инфракрасным и ультрафиолетовым светом представляешь примерно так: инфракрасный — теплый, ультрафиолетовый — холодный. А о том, что может произойти, если неправильно выставишь время, в медучилище мало говорили. А ведь одна процедура может длиться 15–30 минут, а при другой уже через 1–2 минуты возможен ожог.

 

Своим главным наставником считаю старшую медсестру физиотерапевтического отделения медсанчасти МАЗа Майю Кузьминичну Гацуро. Она сыграла большую роль в моей жизни — и как медик, и как личность. Это потрясающий человек, которому я очень благодарна. У нее я училась точности, терпению, неспешности в выполнении процедур.

 

В физиотерапии первостепенное значение имеют соблюдение техники и методики, четкое представление о механизме действия физических факторов, которые при неправильном применении могут оказаться опасными. Здесь важна роль врача-физиотерапевта, который определяет вид, количество и последовательность процедур. И мы, медсестры, должны четко знать, сколько минут длится воздействие, какую применить силу тока, мощность.

 

Кроме того, нужно уметь объяснить пациенту, что он будет ощущать во время процедуры и после нее, почему одни состояния требуют длительного курса, а при других уже после 2–3 сеансов наступает улучшение.

 

В 1998 году я прошла переподготовку по массажу. Несколько лет закрепляла полученные навыки, но физиотерапии не изменила. Считаю, медсестрам по физиотерапии, массажистам, инструкторам ЛФК не помешает иметь как минимум две дополняющие друг друга специальности: это поможет в лечении пациентов.

 

С 2005-го работаю в РНПЦ психического здоровья (на тот момент Республиканская клиническая психиатрическая больница). Еще с 1986 года я живу в Новинках, то есть больница всегда находилась в шаговой доступности.

 

В центре я три года трудилась медсестрой по физиотерапии. Затем заведующая отделением Ирина Васильевна Смольская предложила мне должность старшей медсестры. Работать медсестрой и руководить коллективом (на тот момент около 30 человек) — далеко не одно и то же. Сейчас я, конечно, больше администратор, но с удовольствием каждый день отпускаю процедуры. 

 

И за что вы любите свою специальность?

 

За особый, ни с чем не сравнимый мир — за тишину во время процедур, уютный цвет стен, теплый свет, мягкость шагов, запах хвои и журчание воды в водолечебнице. И, конечно, за улыбки благодарных пациентов.

 

А почему так верите в физиотерапию, в чем ее преимущества?

 

Как не верить в теплый свет, в солнце? Мы проснулись, потянулись, нам стало хорошо. Открыли шторы, увидели солнце — улыбнулись. Когда нам холодно, мы греемся: разжигаем камин или костер — чувствуем тепло и комфорт. Шум дождя успокаивает. Ушиблись — потерли больное место, сразу стало легче. Ребенок заплакал — его погладили по голове, и он успокоился. Физиотерапия — это то же самое. В наших аппаратах собраны перечисленные физические факторы. То есть нельзя отрицать очевидное.

 

Без физиотерапии не было бы тех успехов, которые отмечаем при лечении многих заболеваний. В сочетании с основными методами состояние пациентов улучшается в более короткие сроки, уменьшается частота рецидивов. Физиотерапия — это звено в сложной и, как правило, длительной схеме лечения пациентов с психическими и поведенческими расстройствами. Главное слово, конечно, за врачами-психиатрами, психотерапевтами, психологами.

 

Одним из важнейших достоинств физиотерапии является универсальность действия, благодаря чему один и тот же фактор используется при разных заболеваниях. Физические факторы, являясь элементами внешней среды, представляют собой привычные для организма раздражители, вызывающие нерезкие, плавные компенсаторно-приспособительные реакции. Как правило, не обладают токсичностью, не вызывают побочных эффектов и аллергизации организма. К достоинствам физиотерапии относится ее длительное последействие, лечебный эффект не только сохраняется долгое время, но и нарастает после завершения курса, имеет отдаленные результаты, зачастую лучше, чем сиюминутные.

 

Изменилась ли с появлением COVID-19 работа отделения, контингент пациентов?

 

Я хорошо помню апрель прошлого года, когда нам пришлось закрыть кабинеты физиотерапии и ЛФК в 8-м корпусе. Никто не знал, как будет распространяться заболевание. Важно было исключить контакт пациентов из разных отделений как по пути на процедуры, так и во время их прохождения. Но все равно, хоть и в меньшем объеме, мы продолжали отпускать процедуры, ведь некоторые в них очень нуждались.

 

В пандемию люди страдают тревожными расстройствами, депрессиями, паническими атаками и, как следствие, расстройствами сна. Запомнилась пациентка, которая лечилась в центре летом прошлого года. Она настолько тревожилась, настолько боялась. Страх ее преследовал. Я не знаю, как она собиралась с мыслями, но когда она приходила на процедуры, на ней были 2 маски, обязательно перчатки, несколько слоев одежды, антисептик. Открывая дверь, она брала в руки салфетку, потом тут же ее выбрасывала, доставала новую.

 

Какие физиопроцедуры полезны пациентам, перенесшим COVID-19?

 

Наш центр занимается лечением в том числе тревожных расстройств, депрессий, панических атак и, как следствие, бессонницы. У некоторых пациентов, перенесших COVID-19, нарушается сон. Они боятся, что, уснув, задохнутся. В таком случае эффективны практически все физиотерапевтические процедуры, которые есть в нашем арсенале: надвенное лазерное облучение крови, общая магнитотерапия, электросон, ТЭС-терапия, аудиовизуальная терапия, а также водолечение. Перенесшим COVID-19 полезны массаж, ЛФК, дыхательная гимнастика. Наши пациенты любят играть в теннис. Даже сейчас, когда идет капитальный ремонт 8-го корпуса, организована работа небольшого зала ЛФК. К слову, закупается новое оборудование, после модернизации возобновится работа сауны и бассейна.

 

Медсестры отпускают процедуры не только в кабинетах, но и в палатах, потому что физиотерапия — действительно важный этап в реабилитации.

 

Какой эффект оказывают названные виды лечения?

 

Наши методы применяются для улучшения мозговой гемодинамики, микроциркуляции, стимуляции биоэлектрической активности мозга, активации трофики и метаболизма.

 

Надвенное лазерное облучение крови с его биостимулирующим эффектом способствует активации иммунной системы, противосвертывающей системы крови, предотвращает развитие ацидоза и гипоксии.

 

Активно используем магнитотерапию, наиболее чувствительной к действию которой считается ЦНС. Под влиянием магнитных полей изменяется условно-рефлекторная деятельность мозга с преимущественным развитием тормозных процессов в ЦНС, что объясняет седативное действие и благоприятное влияние на сон, уменьшение эмоционального напряжения. Кроме того, магнитотерапия повышает устойчивость головного мозга к гипоксии, улучшает внутрисердечную гемодинамику, кровообращение в сосудах конечностей, микроциркуляцию, активизирует противосвертывающую систему крови.

 

Положительное действие электросна заметно выражено при неврозе, вегетативной дистонии и других состояниях, при которых развивается нарушение сна. При воздействии на ЦНС постоянным импульсным током прямоугольной формы низкой частоты и малой силы возникает состояние, близкое к физиологическому сну. Среди модификаций электросон-терапии, основанных на транскраниальном воздействии импульсными токами, наибольшую известность получили транскраниальная электроанальгезия и мезодиэнцефальная модуляция.

 

Водолечение — это все виды ванн — лекарственные, ароматические, пресные... Например, жемчужные ванны, насыщенные мелкими пузырьками кислорода, имеют выраженный седативный эффект, снимают психоэмоциональное напряжение. Циркулярный душ, несмотря на его острые колючие струйки, тоже имеет успокаивающий эффект. Душ Виши, Шарко, контрастный обеспечивают ощущение легкости и бодрости. Эти процедуры очень любят пациенты.

 

Большая ли нагрузка у медсестер по физиотерапии?

 

Это очень ответственный труд. Все аппараты подключаются к электросети. Кроме того, пациенты — мужчины и женщины, взрослые и дети, психиатрического и наркологического профилей. К каждому нужен индивидуальный подход.

 

Норма на ставку — 60 условных единиц. То есть если взять электросон, то это 3 условные единицы — 20 человек, циркулярный душ или ингаляции — 60. Но, конечно, все работают больше. Почти все наши медсестры в физиотерапии давно. Здесь не бывает случайных людей. Здесь те, кто пришел и остался навсегда, те, кто верит в свое дело.

 

Что посоветуете коллегам, которые работают с COVID-19? Как восстановить силы, здоровье?

 

Люди всегда стремились уехать к каким-то природным источникам. В наше время физические факторы хорошо представлены в санаториях. Сегодня эти учреждения предлагают программы по реабилитации после COVID-19 — восстановление без уколов и таблеток. Если нет возможности или желания поехать в санаторий, начинайте день с простого — потянитесь, улыбнитесь, взгляните на солнце. Движение, цвет, свет — все это очень важно в нашей жизни.

 

Для профилактики инфекции и повышения защитных сил организма медработникам можно предложить надвенное лазерное облучение крови, магнитотерапию. Тем, у кого от ношения респираторов страдает кожа, рекомендую светотерапию, которая улучшает регенеративные процессы.

 

Лично я вот уже 15 лет каждые две недели хожу в сауну, даже в жаркую погоду. Около 20 лет, до пандемии, посещала зал аэробики. Я не спортсменка по жизни, но вот это состояние, когда ты что-то сделала, преодолела, вызывает чувство полета.

 


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

При копировании или цитировании текстов активная гиперссылка обязательна. Все материалы защищены законом Республики Беларусь «Об авторском праве и смежных правах».