В исследовании, опубликованном в British Journal of Clinical Psychology, оценивались данные, полученные от людей, страдающих обсессивно-компульсивным расстройством, и был сделан вывод, что в развитии ОКР определенную роль может играть ранний опыт отвержения и детской травмы.
Что скрыто за навязчивостью?
ОКР причиняет страдания и ограничивает повседневную жизнь примерно каждого пятидесятого человека. При этом около половины людей с ОКР, проходящих психологическое лечение, не получают от него существенной пользы. Причины и природа этого расстройства все еще не до конца ясны: скорее всего, в его возникновении сочетаются генетические, биологические и средовые факторы, в том числе травматический и стрессовый опыт.
Мировые данные показывают, что на постановку диагноза ОКР в среднем уходит 9 лет, а на получение помощи — около 4-х месяцев. Порядка 60 % страдающих ОКР сообщают о симптомах до достижения 20-летия.
ОКР характеризуется обсессиями, компульсиями или чаще и тем и другим. Обсессии — это повторяющиеся навязчивые мысли, образы или побуждения, которые невозможно контролировать. Часто они связаны с боязнью загрязнений, одержимостью симметрией и порядком, даже причинением вреда или помыслами о насилии. Обсессии крайне мучительны!
Компульсии — повторяющиеся реальные (например, проверять и перепроверять, заперта ли машина, или расставлять предметы так, чтобы все было «как надо») либо мысленные действия (например, повторять про себя определенные числа или фразы). Человек выполняет их, чтобы предотвратить пугающие последствия, связанные с обсессией (он может верить, что его близкий умрет или пострадает, если он наступит на трещину в тротуаре), и снизить тревожность.
Традиционно принято считать, что случайные навязчивые мысли возникают у всех людей. Обсессиями они становятся, если повторяются слишком часто, вызывают сильный дистресс и существенно мешают повседневной жизни.
Новая теория предполагает, что навязчивые мысли и обсессии при ОКР не всегда случайны. У некоторых они проистекают из глубинных убеждений о том, кем они являются или кем боятся стать, то есть из их «пугающего Я».
Например, если кто-то считает: «Я опасный (безнравственный, безответственный и т. д.) человек» (сам себя боюсь, сам себе не верю), навязчивые мысли о насилии могут восприниматься как доказательство этого пугающего Я. Компульсии тогда становятся отчаянными попытками опровергнуть его, взять мысли под контроль.
Модель «пугающего Я» — не единственное объяснение причин и поддержания симптомов ОКР. Однако новые данные позволяют предположить, что люди, которые видят себя именно так, чаще испытывают обсессивно-компульсивные симптомы.
Ученые из Технологического университета Суинберна в Мельбурне (Австралия) взялись исследовать теорию «пугающего Я» применительно к людям с подтвержденным диагнозом ОКР. У них был широкий спектр симптомов — от умеренных до крайне выраженных — и все типы обсессий: страх загрязнения, причинения вреда, потребность в симметрии и порядке, отталкивающие мысли. С ними проводили подробные интервью, чтобы узнать их представление о себе и жизненном опыте, который, как они считали, их сформировал. В результате выявились две важные особенности.
Опыт детской травмы
Переживания часто укоренялись в семье и включали физическое или эмоциональное насилие, травлю, пренебрежение со стороны родителей. Многие боялись, что могут стать плохими людьми — способными причинить тот же вред, который был причинен им. Один мужчина рассказал, как после развода родителей его отец стал очень агрессивным, превратился в по-настоящему злого человека, и он очень боится, что с ним будет что-то подобное. Другая участница, имеющая жестокого отца-алкоголика, дала себе обещание, что никогда не будет пить, потому что уверена, что станет такой же, как ее отец. То есть жестокость и травля сеяли семена сомнений в себе.
Пренебрежение со стороны родителей подпитывало страхи оказаться безответственным. Несколько участниц вспоминали, как в детстве проверяли дом, потому что их родители этого не делали: дети должны были убедиться, что все заперто и выключено, но тогда они делали это, просто чтобы чувствовать себя в безопасности.
Практически для всех участников исследования принятие в детстве обязанностей, которые значительно превосходили их возраст, стали спусковым крючком для «взрослых» обсессий и компульсий.
Опыт отвержения
Ощущение, что тебя предают, не принимают всерьез или считают недостаточно хорошим, было знакомо всем участникам исследования. Это могло выражаться в чувстве, что как бы ты ни старался, тебе никогда не оправдать ожидания взрослых. Свою роль играла и эмоциональная холодность родителей. Одна участница описала свою мать как очень непредсказуемую: «никогда не знаешь, когда она будет с тобой добра… постоянно говорила вещи, из которых следовало, что я плохой человек, всегда припоминала мне мелкие ошибки».
Ранний опыт отвержения мог привести к неустойчивому, крайне уязвимому представлению о себе — и на такой благодатной почве легко укоренялось «пугающее Я».
Результаты подтвердили теорию о том, что у некоторых людей обсессивно-компульсивное расстройство уходит корнями в «пугающее Я», сформировавшееся под влиянием пережитой травмы и отвержения. Подход, учитывающий раннюю травму, может помочь клиницистам понять, что мысли в духе «Что, если я опасен для окружающих или себя самого?» зачастую говорят не столько о нынешнем характере человека, сколько о его прошлых ранах. Конечно, не во всех ОКР виновны детские травмы. Будущие исследования должны изучить, снижают ли симптомы ОКР методы лечения, напрямую нацеленные на эти формирующие переживания.