Иван Анисимович Инсаров за рабочим столом. Фото предоставлено Музеем истории БГМУ.
Иван Анисимович Инсаров за рабочим столом. Фото предоставлено Музеем истории БГМУ.

Эта история гораздо более давняя, нежели сам Музей истории БГМУ, который был открыт к 100-летию учреждения. Она началась еще в 1950-х, когда на кафедре общественного здоровья и здравоохранения профессор Григорий Романович Крючок создал музейную группу. Кстати, с того самого времени берет начало и преподавание студентам истории медицины. Будущие врачи охотно включились в разыскивание экспонатов — от инструментов до документов. Сегодняшние любознательные студенты вместе с преподавателями переживают ту же волну интереса: сидят в архивах, обращаются за материалами к старейшим сотрудникам, ведут переписку с музеями других медуниверситетов, запрашивая электронные копии раритетов, связанных с легендарными белорусскими медиками. Заведует музеем историк Николай Шумин. С ним мы и приступаем к изучению того, что уже превратилось в историю.

 

Принадлежат теперь фондам музея

 

Инсаров в молодостиБольшое количество материалов передала в фонды музея доцент кафедры медицинской и биологической физики Наталья Ивановна Инсарова. Ее отец, выпускник медицинского факультета БГУ Иван Анисимович Инсаров, почти 20 послевоенных лет руководил Министерством здравоохранения БССР, потом еще долгие годы возглавлял редакцию журнала «Здравоохранение Белоруссии», был большим любителем истории медицины и активным собирателем ее артефактов.

 

Николай Шумин:

 

Работая с его папками, мы нашли уникальный документ — справку, выданную в 1933 году гражданке Бизюк доктором Клумовым. Вот так удача! Мы видим почерк легендарного доктора, его подпись и печать. От профессора Евгения Клумова, который, кстати, не только врачевал и занимался наукой, но и преподавал в alma mater Инсарова, осталось не так много материалов.

Справка КлумоваНесмотря на занятость государственного деятеля и ученого, Иван Анисимович успевал работать в архивах, переписываться и встречаться с родственниками своих коллег-предшественников — народных комиссаров здравоохранения, которые пострадали в печально известные 1930-е годы. Им были составлены списки медиков партизанских соединений Великой Отечественной — выживших, погибших, пропавших без вести. Обширные списки. И документы, и переписка с представителями семей, и трогательные семейные фотографии, которые те высылали Инсарову. Эти обширные списки принадлежат теперь фондам музея.

 

В первый понедельник войны

 

С Великой Отечественной войной связана большая часть архива Инсарова. Хронологически первые из музейных предметов этого фонда — два документа, которые были выданы в один день, 23 июня, в первый понедельник войны.

 

— «Командируется в Борисов по срочному заданию», — читает Николай Шумин первый из них. И поясняет: — Это для организации эвакогоспиталей и оказания помощи раненым. А вот второй, с грифом «Секретно. Подлежит возврату» — о том, что товарищ Инсаров «командируется в Борисовский горздравотдел по вопросу развертывания медико-санитарных учреждений, формируемых горздравом».

 

Организаторский талант Инсарова проявился еще до войны. Поработав после окончания университета сельским врачом на Узденщине, он ушел служить в Красную Армию, а по возвращении возглавил городскую поликлинику в Борисове. Следующим местом его работы стал Белорусский государственный научно-исследовательский институт фтизиатрии, травматологии, курортологии и психоневрологии Наркомздрава БССР, где он, начав ординатором, стал вскоре заведовать неврологическим стационаром. А в 1941-м его назначают заместителем заведующего Минским облздравотделом. В этой должности он и отправляется на войну на второй ее день, имея в кармане две командировки.

 

«Предъявитель сего…»

 

Николай Шумин читает очередной документ на официальном бланке: «Предъявитель сего Иван Анисимович Инсаров является заведующим Минским облздравотделом» — и отмечает тот факт, что в самый разгар войны руководство республики уже обеспечивает задел на мирное время, закладывает основы будущей системы здравоохранения — той, при которой сложится территориальный принцип приема пациентов, амбулатории объединятся с больницами, на крупных заводах откроются медсанчасти и будут побеждены малярия, трахома, тиф, натуральная оспа…

 

Группа Наркомата здравоохранения БССР занималась поиском медицинских специалистов, разбросанных по всему Советскому Союзу. Составлялись списки: кто какую должность займет на освободившихся территориях…

 

Процитированный документ датируется февралем 1943-го. Но есть еще один, выданный позже первого чуть более чем на месяц. «Предъявитель сего Иван Анисимович Инсаров является врачом санитарной службы Белорусского штаба партизанского движения».

 

Николай Шумин:

 

А вскоре он возглавит санитарный отдел. Кандидатуру Инсарова выдвинули, наверняка понимая: для его деятельной натуры и организаторского потенциала такая ответственность просто необходима. Да и справиться с такими задачами в то непростое время мог только такой человек.

 

Мы видим на фото коллектив санотдела. В центре сидит Инсаров, начальник, майор медицинской службы. Слева направо стоят Петр Анисимович Козловский, помощник начальника отдела, отвечающий за снабжение медикаментами, и Никита Григорьевич Косенков, санитар. Справа от Инсарова сидит Иосиф Иванович Адашкевич, капитан медицинской службы, помощник начальника.

 

Коллектив санотделаКоллектив санотдела Белорусского штаба партизанского движения. 1944 год.

 

Николай Шумин:

 

На снимке нет младшего лейтенанта Марии Дмитриевны Дробышевой. Она работала фельдшером аэродромной команды при особом 19-м авиационном отряде. Снимок этот сделан осенью 1944 года, когда Минск уже был нашим и в город вернулись руководящие органы. Местом, где проходила съемка, могла быть Лошицкая усадьба: штаб партизанского движения размещался там.

 

Два письма с партизанским приветом

 

«Начальнику санитарной службы Штаба партизанского движения Беларуси товарищу Инсарову. Лес Велешино, Копыльский район. Дорогой товарищ Инсаров. Благодарим Вас за письмо и просим передать партизанский привет всему коллективу санитарной части Штаба партизанского движения Беларуси. Вы правы, условия медицинской работы в немецком тылу тяжеловаты немного. Трудно доставить медикаменты, перевязочный материал. Встречаются и такие «помощники», которые засылают нам вместо соды кодеин, а под этикеткой «Валериановые капли» серную кислоту (работа гестапо). Из этого Вы можете понять, насколько улучшила и как облегчила нам работу живая связь партизан с Красной Армией. Присланные Вами медикаменты на некоторое время обеспечили нас доброкачественными медицинскими материалами. Других трудностей в нашей работе мы не чувствуем. Преданность Родине, ненависть к захватчикам создают в отрядах для раненых товарищей условия ухода и лечения такие, как на родной земле, а воля к победе, стремление к мести — лечебные факторы. Иначе мы не можем объяснить быстрое возвращение в строй даже тяжелораненых партизан. Поэтому партизанским врачам не бывает тяжела работа. Мы уверены, что будем получать от Вас медицинский груз регулярно, и просим Вас только принять меры к тому, чтобы он приходил по адресу. Мы очень уверены, что скоро встретимся с Красной Армией, будем бить фашистских захватчиков до полного их уничтожения. С партизанским приветом Герасименко и Журавская».

 

Вот такое письмо пришло в штаб из леса. Чуть больше десятка предложений, но в них удивительно компактно вместились и благодарность за доставленный груз, и партизанский привет, и бесстрастное перечисление трудностей, и конкретика фактов вредительства, и патриотичный настрой, и анализ успешного исцеления, и уверенность в поступлении новой медпомощи. Когда я восхитилась этими строчками, Николай Шумин предложил прочесть еще один документ — письмо от командования Пинского партизанского соединения:

 

Оно вам тоже понравится. Соединение возглавлял генерал-майор Василий Захарович Корж. Здесь есть его подпись.

 

Письмо от 25 мая 1944 года.Письмо Инсарову

А что в аптечке?

 

В архиве Инсарова есть перечни всего того, что входило в аптечки разных типов, применяемых в годы войны. Так что занятия по военной медицине можно запросто проводить здесь, в музее.

 

По указанию штаба каждому партизану, направляемому в составе спецгрупп, выдавалась аптечка № 1 — индивидуальная. Существовали аптечки для оказания самопомощи и взаимопомощи. Группы в 5–7 человек обеспечивались аптечками № 2, рассчитанными на оказание помощи санинструкторами. В них, кроме индивидуальных перевязочных пакетов, антисептика риванола, борного вазелина, порошков от головной боли и боли в животе, входили бинты, вата, марлевые салфетки, аспирин, стрептоцид, спирт, глазные капли, глазная пипетка, термометр, жгут, вазелин, очищенная сода. Аптечки № 3 — для более крупных групп — содержали еще и хирургические инструменты для работы фельдшера или врача.

 

В аптечку № 4 — в упаковке с парашютным мешком — помещались, кроме всего перечисленного, военно-санитарный справочник, наставление по военно-полевой хирургии, наставление для ротных санинструкторов и санитаров, полотенца и поливакцина НИИСИ. Эту вакцину разработали в самом начале войны супруги-иммунологи Нина Ефимовна Гефен и Николай Иванович Александров из Научно-исследовательского испытательного санитарного института (сокращенно НИИСИ, отсюда и название поливакцины). Она хороша тем, что была ассоциированной, от семи инфекций сразу — состояла из антигенов возбудителей брюшного тифа, паратифов А и В, дизентерии Флекснера и Зонне, холерного вибриона и столбнячного анатоксина. Ну и еще тем, что требовала лишь однократного введения — это в полевых военных условиях было особенно ценно.

 

Николай Шумин:

 

Продолжая разговор о снабжении партизанских соединений и вообще работе медико-санитарной службы партизанских отрядов, я хочу показать вам еще и диссертацию Ивана Инсарова. Он написал ее в 1947 году на тему «Организация и деятельность медицинской службы в партизанских соединениях Белоруссии в годы Великой Отечественной войны». На обложке отметка: «Секретно». Этот экземпляр хранился дома у Натальи Ивановны.

 

Диссертация сопровождается строчками: «Светлой памяти медицинских работников, партизан и связных, погибших в борьбе за освобождение нашей Родины, посвящаю. Автор».

 

Машинопись изобилует вклеенными фотографиями, на которых изображены эпизоды медицинских будней в партизанских отрядах: получение груза (мы видим баулы с аптечками № 4), отправка груза (в кадре — спецсамолет, которым летала и упомянутая младший лейтенант Дробышева), выпуск медицинских сестер в бригаде имени Чкалова (из чего узнаем, что медсестры получали профессию и в партизанских отрядах), прививка поливакциной (наверняка той самой), проводы раненых, направляемых в советский тыл (отправляли на подводах), перевязочная госпиталя бригады «Разгром» Минского соединения...

 

И еще один музейный экспонат

 

Николай Шумин:

 

После окончания войны встал вопрос о проведении съезда врачей-партизан Беларуси. Он состоялся 12–14 мая 1945 года. У нас есть программа этого съезда. Приветственное слово произнес народный комиссар зравоохранения БССР Михаил Иванович Коваленок, выступали многочисленные руководители санитарных служб партизанских соединений. Инсаров тоже прочел свой доклад, рукопись которого является теперь еще одним музейным экспонатом.

 


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

При копировании или цитировании текстов активная гиперссылка обязательна. Все материалы защищены законом Республики Беларусь «Об авторском праве и смежных правах».