Джон Сноу. Фото из открытых источников.
Джон Сноу. Фото из открытых источников.

Между сторонниками теорий искусственного и естественного происхождения SARS-CoV-2 сегодня развернулась бурная полемика. Самое время вспомнить отчет ВОЗ, где по всем правилам эпидемиологической науки была определена равноудаленная от всех ранних случаев заражения новым коронавирусом точка — Уханьский рынок. Именно таким способом в 1854 году был обнаружен эпицентр эпидемии холеры в Лондоне.

 

Скромный британский акушер и анестезиолог (для нас один из пионеров медицинской гигиены и основателей современной эпидемиологии) Джон Сноу провел расследование, прибегнув к совершенно новаторским методам визуализации данных. Как и его литературно-кинематографический тезка из фэнтези-саги «Игра престолов», реальный Джон Сноу выиграл свою войну с нешуточным противником — холерой, объявленной ни много ни мало чумой 19-го века.

 

Диагноз «острый миазм»

 

К 1849 году в Англии и Уэльсе было зарегистрировано около 53 000 смертей от холеры. В попытках определить причину преобладала теория миазм. Она заключалась в том, что холеру вызывали переносимые по воздуху зловонные ядовитые пары или туман, заполненный частицами разложившегося вещества (миазмы) из-за плохой санитарии. Сноу скептически относился к этой гипотезе и предположил, что источником холеры, а также основной формой передачи была зараженная вода.

 

Когда неприятные запахи, широко известные в то время как «великая вонь» от реки Темзы, протекающей мимо здания парламента, стали невероятно сильными, депутаты решили принять меры. В 1864 году по плану сэра Джозефа Базальгетта вдоль Темзы были проложены два огромных коллектора, которые отводили сточные воды вниз по течению к станциям по их удалению.

 

Система прослужила очень долго, пока не перестала соответствовать требованиям, предъявляемым к ней в результате бурного роста населения. Но за 10 лет до этих событий именно Темза поставляла в город с населением 3 млн человек «чистую» воду и свободно загрязнялась бытовыми отходами. За водоснабжение отвечали две городские компании. Они качали воду едва ли не из сточной трубы. Когда одна из них попыталась проводить хоть какую-то фильтрацию, ее вода стала чище. По подсчетам Сноу, на зону обслуживания этой компании приходилось в 14 раз меньше смертей от холеры.

 

В августе 1854 года Сохо, бедный пригород Лондона, сильно пострадал от масштабной вспышки холеры. Сам доктор Джон Сноу жил неподалеку от Сохо и немедленно приступил к работе, чтобы доказать свою теорию о том, что причиной беды являлась зараженная вода.

 

«В пределах 250 ярдов от места, где Кембридж-стрит соединяется с Брод-стрит, за 10 дней произошло более 500 смертей от холеры», — писал доктор Сноу. Он заподозрил, что источником загрязнения воды стал часто посещаемый уличный насос на Брод-стрит. Но это требовалось еще доказать.

 

На помощь приходит... инфографика

 

Джон Сноу работал круглосуточно, отслеживая информацию из больничных и публичных записей о том, когда началась вспышка и пили ли жертвы воду из насоса на Брод-стрит. Сноу подозревал, что те, кто жил или работал рядом с насосом, чаще всего использовали его и таким образом заразились. Его исследования и метод работы с данными были совершенно новаторскими для медицины. Используя географическую сетку для составления графиков смертей и исследуя каждый случай для определения доступа к водопроводу, Сноу разработал убедительные доказательства того, что насос стал источником эпидемии.

 

Ведя расследование как заправский сыщик, Сноу опрашивал работников школ, предприятий, ресторанов и пабов. Согласно его записям, хозяйка одной кофейни, которая использовала воду из насоса на Брод-стрит для приготовления модных напитков, сказала, что знала о девяти своих клиентах, заразившихся холерой. Популярный игристый напиток того времени назывался «шербет», он представлял собой шипучку, получавшуюся при растворении в стакане воды ложки порошка.

 

Примечательно, что Сноу также исследовал группы людей, которые не болели холерой, и выяснил, пили ли они воду из насоса. Эта информация была важна, потому что она помогла исключить другие возможные источники эпидемии. Было найдено несколько подтверждений. В работном доме (в те времена тюремное учреждение) недалеко от Сохо было 535 заключенных, но не было случаев холеры.

 

Сноу обнаружил, что у работного дома есть собственный колодец. Работники пивоварни на Брод-стрит, где производили солодовый спирт, также избежали холеры. Владелец сказал Сноу, что мужчины пили изготовленный ими ликер или воду из собственного колодца пивоварни. Фабрике рядом повезло меньше. Там использовались для питья две бочки с водой из насоса, и 16 человек умерли от холеры.

 

Разгадка, ведущая к насосу

 

Случаи смерти двух женщин, племянницы и ее тети, озадачили Сноу. Тетя жила на приличном расстоянии от Сохо, а племянница неподалеку от насоса. Тайна раскрылась, когда доктор поговорил с сыном женщины. Тот рассказал, что его мать когда-то жила в районе Брод-стрит и ей так нравился вкус воды из насоса, что племянница при каждом визите приносила ей бутылки с водой. Последний раз вода была доставлена 31 августа, в день вспышки болезни. По обычаю, она и ее пришедшая в гости племянница выпили
по стаканчику, чтобы освежиться, и, согласно записям Сноу, на следующий день обе умерли от холеры.

 

Сноу удалось доказать, что холера в Сохо представляет угрозу только для людей, которые имели привычку пить воду из насоса на Брод-стрит. Он также изучил образцы воды из насоса и обнаружил плавающие в них белые пятна, которые, по его мнению, и были источником загрязнения.

 

7 сентября 1854 года Сноу представил свои исследования городским властям и убедил их снять ручку с насоса, чтобы невозможно было набирать воду. Чиновники не хотели ему верить, но ручку сняли в качестве эксперимента. Практически в считанные дни вспышка холеры пошла на спад. Постепенно люди, покинувшие свои дома и предприятия в районе Брод-стрит из опасения заразиться холерой, начали возвращаться.

 

Несмотря на доказанный успех теории Сноу, власти по-прежнему считали его гипотезу абсурдной. Они наотрез отказались очистить выгребные ямы и канализацию. Совет по здравоохранению выпустил отчет, в котором говорилось: «Мы не видим причин для принятия этого убеждения», и игнорировал доказательства Сноу как простые «предположения».

 

Расследование преподобного

 

В течение нескольких месяцев Сноу продолжал отслеживать все случаи, возникшие во время вспышки холеры, включая историю краснодеревщика, просто проезжавшего через этот район, и детей, которые жили ближе к другим насосам, но шли в школу по Брод-стрит. Чего он никак не мог доказать, так это того, откуда произошло заражение.

 

Чиновники утверждали, что сточные воды из городских труб не могли просочиться в насос, а сам Сноу не мог понять, поступают ли сточные воды из открытых коллекторов, сточных колодцев под домами или предприятиями, общественных труб или выгребных ям.

 

Тайна могла бы никогда не быть раскрыта, если бы не священник. Преподобный Генри Уайтхед взялся доказать, что Сноу ошибается.

 

Служитель церкви утверждал, что вспышка болезни вызвана не испорченной водой, а божественным вмешательством. Но фактически его отчет подтверждает выводы Сноу. Лучше всего в этой истории то, что она очень помогла решить задачу.

 

Преподобный Уайтхед взял интервью у женщины, которая жила на Брод-стрит, 40, чей ребенок заразился холерой из другого источника. Мать выстирала подгузники в воде, которую затем вылила в выгребную яму всего в трех футах (около метра) от насоса на Брод-стрит, вызвав то, что Сноу назвал «самой ужасающей вспышкой холеры, когда-либо происходившей в этом королевстве».

 

Журнал The Builder опубликовал выводы преподобного Уайтхеда вместе с призывом к должностным лицам Сохо закрыть выгребную яму и отремонтировать канализацию, потому что «несмотря на недавние многочисленные смертельные случаи, у нас есть все условия для новой эпидемии». Правда, прошли годы, прежде чем государственные чиновники внесли эти улучшения.

 

В 1883 году немецкий врач Роберт Кох продвинулся еще дальше в поисках причины холеры, выделив бактерию Vibrio cholerae, «яд», который, как утверждал Сноу, вызывал болезнь. Именно Кох определил, что холера не передается от человека к человеку, а исключительно через антисанитарные источники воды или пищи, что стало большой победой теории Джона Сноу. Эпидемии холеры в 19-м веке в Европе завершились после того, как города наконец улучшили санитарию водоснабжения.

 

Что же касается новаторской когда-то теории Сноу, специалисты в области общественного здравоохранения по-прежнему используют ее при проведении эпидемиологических исследований для отслеживания источников и причин заболеваний.

 


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

При копировании или цитировании текстов активная гиперссылка обязательна. Все материалы защищены законом Республики Беларусь «Об авторском праве и смежных правах».