Фото носит иллюстративный характер. Из открытых источников.
Фото носит иллюстративный характер. Из открытых источников.

Любовь, послужившая источником вдохновения для бесчисленных произведений искусства и пронизывающая все аспекты жизни человека, глубоко биологична. Это не просто эмоция, но биологический процесс, который определяет психическое и физическое состояние. Разбитое сердце или неудачные отношения могут иметь катастрофические последствия, тяжелая утрата буквально разрушает физиологию человека и способна привести к смерти. Но главное, без любви люди никогда не бывают успешными, даже если удовлетворены все их основные потребности.

 

 

стивен порджесСтивен Порджес, профессор психиатрии Университета Северной Каролины.Стивен Порджес, профессор психиатрии Университета Северной Каролины, экс-директор Центра исследований тела и мозга Университета штата Иллинойс (США), является ведущим мировым специалистом в области психофизиологии развития и поведенческой неврологии.

 

Результатом многолетних исследований стала созданная ученым новаторская теория (получившая название поливагальной), которая выдвигает и обосновывает предположение о том, что вегетативная нервная система неосознанно опосредует социальную активность, доверие и близость.

 

Сью КартерСью Картер, нейробиолог, эксперт по роли вазопрессина и окситоцина в социальном поведении.Автор утверждает, что с ее помощью удается добиться потрясающих успехов в лечении посттравматического стрессового расстройства, тревоги, депрессии, психологических травм и аутизма. Женат на нейробиологе Сью Картер, пожалуй, ведущем мировом эксперте по роли вазопрессина и окситоцина в социальном поведении. Нам представляется интересным, что думают супруги-ученые о любви…  

 

Сила обратной связи

 

Поддержание любовных отношений требует постоянной обратной связи через сенсорные и когнитивные системы; тело ищет любви и реагирует на взаимодействия с близкими или на отсутствие таких взаимодействий. Благотворное и исцеляющее действие любовных отношений поддерживают гормональные и нейронные системы, сложившиеся в ходе эволюции.

 

Жизнь на Земле в основе своей социальна: способность динамически взаимодействовать с другими живыми организмами для поддержания гомеостаза, развития и воспроизводства появилась очень давно. Социальные взаимодействия присутствуют у примитивных беспозвоночных и даже среди прокариот: бактерии распознают представителей своего вида, более успешно размножаются в присутствии себе подобных и способны образовывать сообщества с физическими и химическими характеристиками, которые выходят далеко за пределы возможностей отдельной клетки. Различные виды насекомых развили особенно сложные социальные системы, известные как эусоциальные.

 

Эусоциальность, для которой характерно разделение труда, по-видимому, развивалась у разных видов насекомых по крайней мере 11 раз независимо друг от друга. Исследования медоносных пчел показывают, что сложный набор генов и их взаимодействия регулируют эусоциальность, и это результат ускоренной эволюции. В целом молекулярные механизмы, благоприятствующие высокому уровню социальности, эволюционируют очень быстро.

 

Все это позволило появиться уникальным анатомическим системам и биохимическим механизмам, обеспечивающим выборочную социальность. Рептилии демонстрируют минимальные родительские инвестиции в потомство и формируют неизбирательные отношения между особями. А вот владельцы домашних животных могут эмоционально привязаться к своей черепахе или змее (увы, эти отношения не взаимны!).

 

Большинство млекопитающих демонстрируют интенсивные родительские инвестиции в потомство и формируют прочные связи со своими детьми. А многие виды млекопитающих — еще и избирательные отношения между взрослыми особями, с некоторыми особенностями того, что люди воспринимают как «любовь». В свою очередь эти взаимодействия запускают механизмы динамической обратной связи.

 

Но человеческая любовь сложнее простых механизмов обратной связи. Любовь создает свою реальность! Биология любви берет начало в примитивных частях мозга — эмоциональном ядре нервной системы человека, которое развилось задолго до коры головного мозга. «Влюбленный» мозг переполнен неопределенными ощущениями, часто передающимися через блуждающий нерв и создающими многое из того, что мы воспринимаем как эмоции. Неокортекс же изо всех сил пытается интерпретировать первичные послания любви и сплетает своеобразное повествование вокруг поступающих интуитивных переживаний, реагируя именно на это повествование, но не на реальность.

 

Гормон, берущий в плен

 

Один из элементов, который задействован в биохимии любви, — нейропептид окситоцин. У крупных млекопитающих окситоцин играет центральную роль в воспроизводстве, регулируя сокращение матки, выделение молока из молочной железы и герметизируя прочную связь между матерью и потомством. Однако женщины, которые рожают путем кесарева сечения или отказываются от грудного вскармливания, также формируют сильную эмоциональную связь со своими детьми. Отцы, бабушки, дедушки и приемные родители на всю жизнь привязываются к детям.

 

Биология отцовства изучена хуже, чем материнство. Однако мужская забота о потомстве, по-видимому, также зависима от окситоцина и вазопрессина, которые, вероятно, частично влияют на вегетативную нервную систему. Предварительные данные свидетельствуют о том, что простое присутствие младенца может высвобождать окситоцин у взрослых. Младенец буквально заставляет любить его!

 

Эксперименты на людях показали, что интраназальная доставка окситоцина может способствовать социальным проявлениям, включая зрительный контакт и интерес к другому, а ведь именно эти формы поведения лежат в основе любви. Конечно, молекулярным эквивалентом любви окситоцин не является. Скорее это всего лишь один важный компонент сложнейшей нейрохимической системы, которая позволяет телу адаптироваться к весьма эмоциональным ситуациям.

 

Взаимное социальное взаимодействие требует включения обширных нейронных сетей и вегетативной нервной системы, динамично меняющихся на протяжении жизни человека. Достоверно известно, что свойства окситоцина не предопределены и не зафиксированы. Клеточные рецепторы окситоцина регулируются другими гормонами и эпигенетическими факторами. Эти рецепторы меняются и адаптируются в зависимости от жизненного опыта. Стоит ли удивляться, что любовные чувства со временем могут изменяться! Новые знания о свойствах окситоцина оказались полезными для объяснения нескольких загадочных особенностей любви.

 

Эмоциональные связи могут формироваться в периоды крайнего принуждения, особенно когда выживание одного человека зависит от присутствия и помощи другого. Окситоцин может помочь в поиске и получении поддержки от других в трудные времена. Также есть свидетельства того, что окситоцин высвобождается в ответ на острый стресс, что, возможно, служит гормональной страховкой от сильных переживаний.

 

Окситоцин + вазопрессин = сладкая парочка?

 

Конечно, окситоцин действует не один. Его высвобождение и функционирование зависят от многих других нейрохимических веществ, включая эндогенные опиоиды и дофамин. Особенно важным для формирования социальных связей является взаимодействие окситоцина с родственным нейропептидом вазопрессином. Оба пептида участвуют в поведении, которое требует социальной активности. Если мы принимаем избирательные социальные связи, воспитание детей и защиту партнера в качестве заместителей любви у людей, исследования подтверждают гипотезу о том, что окситоцин и вазопрессин взаимодействуют, обеспечивая динамические поведенческие состояния, необходимые для любви.

 

Окситоцин и вазопрессин имеют общие функции, но их действие не идентично. Определенные поведенческие роли окситоцина и вазопрессина особенно трудно распутать, потому что они являются компонентами интегрированной нейронной сети с множеством точек пересечения. Более того, гены, регулирующие выработку окситоцина и вазопрессина, расположены на одной хромосоме, что, возможно, позволяет скоординированный синтез или высвобождение этих пептидов. Оба пептида могут связываться с рецепторами друг друга и оказывать антагонистическое или агонистическое действие. А сами пути, необходимые для реципрокного социального поведения, постоянно перестраиваются: пептиды и системы, которые они регулируют, находятся в постоянной динамике.

 

Химический коктейль на двоих

 

Влечение диктует половой гормон тестостерон. Он не заставит человека влюбиться, но обеспечивает либидо. Его поддерживает нейромедиатор дофамин, обещая удовольствие и провоцируя добиваться объекта желания. Стрессовое состояние для влюбленного обеспечит кортизол, он же приумножит силы.

 

Адреналин, который активно вырабатывается в надпочечниках, заставит сердце биться как бешеное, а ладони вспотеть, когда мы видим того, кто нам нравится. Ну а норадреналин не позволит забыть образ возлюбленного, этот гормон отвечает в том числе за закрепление в памяти новых стимулов. К тому же думать о предмете страсти мы будем очень часто (иногда до навязчивости), потому что в стадии острой влюбленности понижен серотонин — точно так же, как и у страдающих обсессивно-компульсивным расстройством.

 

Серотонин снова поднимется, а кортизол понизится, когда влюбленные сформируют пару. В свои права вступают гормоны привязанности, прежде всего окситоцин. Он вырабатывается во время социального и телесного контакта, объятий, секса  — и его уровень выше в тех парах, которые провели рядом друг с другом больше времени.

 

Продолжение материала читайте здесь


Недостаточно прав для комментирования

Пры капіраванні або цытаванні тэкстаў актыўная гіперспасылка абавязковая. Усе матэрыялы абароненыя Законам Рэспублікі Беларусь «Аб аўтарскім праве і сумежных правах».