Фото автора
Фото автора

Заведующая отделением дневного пребывания Могилевской центральной поликлиники  Юлия Ковтунова — лауреат 3-й степени конкурса «Врач года Республики Беларусь — 2021» в номинации  «Врач-терапевт». В интервью «Медвестнику» Юлия Николаевна раскрыла главный критерий, которым  руководствовалась при выборе профессии, рассказала о том, какие подходы к лечению и общению  с пациентами выработала за годы практики. 

 

Юлия Николаевна, расскажите о вашем пути в медицину,  о наставниках, у которых учились профессионализму.

 

 Я из врачебной семьи. Моя мама Татьяна Ждан всю жизнь проработала терапевтом, а бабушка Валентина Ждан — фармацевтом, были и другие медики в роду. Но не могу сказать, что все детство я мечтала быть врачом, делала игрушечным мишкам уколы. Наоборот, даже задумывалась о том, чтобы стать адвокатом. Теперь понимаю, что эти профессии схожи. По сути сейчас я тоже адвокат — между пациентом и болезнью. И адвокаты, и врачи борются за главные ценности — здоровье, честь, достоинство...

 

Да и когда ты растешь в медицинской семье, когда работа твоих близких построена на постоянной помощи людям, причем они всей душой любят свое дело, тебя тоже начинает тянуть в эту сферу.

 

Я поступила в Гомельский мединститут. Энергия самого молодого медвуза страны захлестнула сразу. Учиться было сложно, но интересно, у нас были замечательные преподаватели. И группа была очень дружная, на шестом курсе мы практически полным составом выбрали субординатуру по хирургии. Но волею судьбы (распределение внесло свои коррективы) моей специальностью стала терапия. Сначала, признаюсь, такой поворот принять было трудно, но прошло совсем немного времени, и я поняла, что именно в этом направлении смогу в полной мере реализовать свои профессиональные мечты и планы. Благодаря тому, что я выбрала терапию (или она выбрала меня), мне удалось совместить семью и работу. Конечно, это не всегда легко, так как наряду со своей профессиональной жизнью я прохожу путь жены сотрудника органов внутренних дел вот уже почти 20 лет.

 

Меня распределили участковым терапевтом в Могилевскую центральную поликлинику, в мой родной город. Трудовая деятельность началась с интернатуры на базе Могилевской городской БСМП, где затем в течение нескольких лет я дежурила (параллельно с поликлинической работой). Так проходило мое становление в терапии. Дежурства — особая школа.

 

На первых порах моим наставником стал заведующий терапевтическим отделением БСМП Андрей Николаевич Кирпиченко (сегодня заместитель главврача по медчасти Могилевской больницы № 1). Я увидела человека, который полностью растворен в работе, профессионала, который не боится трудностей и всегда подставит плечо. В поликлинике примером являлась заведующая терапевтическим отделением Анна Витольдовна Савченкова. Она научила азам работы в участковой службе и помогла сквозь трудности рассмотреть ценность нашей специальности. А когда я возглавила терапевтическое отделение, мне пришлось учиться быть не только хорошим доктором, но и руководителем. Я благодарна на тот момент главврачу поликлиники Александру Геннадьевичу Старовойтову (сегодня начальник ГУЗО Могилевского облисполкома), заместителю главврача Елене Николаевне Латушкиной (сейчас заместитель председателя БПРЗ), которые поверили в меня. У них я училась выдержке, собранности, целеустремленности и уверенности в принятии решений. Врач-руководитель, кроме прочего, должен эффективно организовать лечебный процесс и стать опорой для своего коллектива.

 

Когда вы как врач почувствовали себя уверенно?

 

 Сложный вопрос. Наверное, как только начнешь почивать на лаврах и думать, что все знаешь, то как профессионал остановишься в своем развитии. Да, можно не сомневаться в себе, своих навыках, не бояться в экстренной ситуации, но быть убежденным в том, что обладаешь всем багажом знаний, врачу никогда не стоит. Медицина — одна из тех профессий, где ты должен учиться каждый день. Это сложно, но, с другой стороны, сегодня хватает возможностей. Смотрим с коллегами вебинары, онлайн-конференции, читаем, нам доступны курсы повышения квалификации, много подписок в интернете, актуальная информация в чате группы врачей общей практики.

 

А как оцените себя сегодня, будучи уже опытным доктором?

 

 Я из тех врачей, которые к себе всегда строги. В конце рабочего дня прокручиваю в голове, что могла бы сделать  по-другому, намечаю планы диагностики, корректировки терапии на завтра... Да, определенной ступени в профессии я достигла, но все равно касательно лечебного процесса есть желание совершенствоваться дальше, осваивать новое.

 

Были ли мысли уйти  из профессии?

 

 Ни разу. Старшая дочь планирует поступать в медуниверситет. И когда она спросила моего совета, я сказала: «Единственный критерий, по которому нужно идти в эту профессию, — это сердце. Ты должна задать себе вопрос: я буду ходить на эту работу, если мне не будут платить, если нужно будет трудиться 24/7, ночью дежурить, а утром снова принимать пациентов? Ответишь утвердительно — значит, это действительно твое». Если человека посещают мысли об уходе из профессии, то он работает не на своем месте и ему в самом деле лучше уйти. При выборе медицинской специальности нужно изначально понимать, что твоя жизнь будет принадлежать и другим людям. Это и ноша, и удовлетворение.

 

Вы терапевт, заведующая отделением, на данный момент исполняете обязанности заместителя главврача по медчасти. Что вам нравится больше?

 

 Действительно, немало административной работы, но самое интересное для меня — лечебный процесс, прием пациентов и живое общение с ними. Я рада, что для многих из них мне удалось стать настоящим семейным врачом и мои консультации востребованы. В то же время стараюсь распределять свое рабочее время таким образом, чтобы реализовывать все свои задачи и как руководителя, ведь совершенствоваться в этом направлении для меня не менее важно.

 

Если говорить об отделении дневного пребывания, то это очень интересно: работа в мини- стационаре, позволяющая ежедневно осваивать большое количество специальностей — кардиологию, ревматологию, нефрологию и другие. Многие пациенты приходят с рекомендациями, но узкий специалист лечит по своему профилю, а терапевт должен собрать все медицинские пазлы воедино, учесть индивидуальные особенности, сопутствующую патологию и назначить итоговый алгоритм диагностики и лечения.

 

Кроме того, в отделении дневного пребывания оказывают неотложную медпомощь — при сосудистых кризах, нарушениях ритма, аллергических реакциях и многих других состояниях. Также на нашей базе работает пункт вакцинации против COVID-19. Словом, отделение многофункциональное, ежедневно наш дружный коллектив решает самые разные задачи.

 

С какими патологиями поступают в отделение дневного пребывания?

 

  Основное — это заболевания нервной, сердечно-сосудистой, дыхательной систем, а также опорно-двигательного аппарата. Лето — сезон аллергических реакций, и, стоит отметить, в последнее время таких пациентов становится все больше. Сахарный диабет, язвенная болезнь, заболевания периферических сосудов, восстановление после инсультов, травм… Словом, широкий спектр острых и обострившихся хронических заболеваний, не требующих круглосуточного наблюдения. Как врач отделения дневного пребывания я полностью за стационарозамещающие технологии. Стационар — это место, где проводятся оперативные вмешательства, купируются неотложные состояния, требующие круглосуточного мониторинга и интенсивной терапии. Пациенты, состоящие на диспансерном учете по поводу хронических заболеваний, для проведения курса профилактического или реабилитационного лечения должны госпитализироваться в отделения дневного пребывания.

 

К слову, наше отделение на 63 койки позволяет в месяц пролечивать около 250 человек. Возрастная структура пациентов в последнее время начала меняться. Заболевания помолодели, это действительно так. Почему?  Во-первых, с каждым годом расширяются возможности более ранней диагностики. Плюс мы живем в информационном поле: любой человек может получить в режиме онлайн какие-то базовые знания о медицине. Во-вторых, менталитет пациентов постепенно разворачивается в сторону профилактики. Всегда рада, когда приходят молодые люди, чтобы пройти чек-ап. Ведь немало заболеваний, с которыми можно справиться, для этого вместе с врачом нужно подобрать тактику динамического наблюдения, сроков прохождения диспансеризации, кратности сдачи анализов, обсудить прием лекарств, витаминов, физическую активность. Немаловажно уделять внимание и таким состояниям, как нарушение осанки, зрения, пищевым привычкам — то есть всему, что можно корректировать. Связана заболеваемость и с образом жизни. Что нам навязывается? Питание — фастфуд, одежда — оверсайз. Стереотипное поведение: какой-то отрезок времени можно пожить так, как хочется, а потом доктор тебя полечит...

 

С какими пациентами работать сложнее всего? Почему?

 

С теми, кто плывет по течению и не прилагает усилий для своего выздоровления. Некоторые считают, что все предопределено и ни на что нельзя повлиять. Приверженность терапии — единственное, что я требую от пациента, назначая лечение. Трудно с людьми, которые находятся в дебюте хронического, порой неизлечимого, заболевания, требующего пристального внимания. В подобном случае врач должен быть еще и психологом, чтобы поддержать пациента.

 

А насколько, кроме комплаенса, важен настрой пациента?

 

 В этом вопросе примером для меня всегда была моя мама, которая перенесла тяжелую онкологическую операцию и вопреки неутешительным прогнозам прожила еще 25 лет. Что ей помогло? Настрой на позитивный результат, вера в лучшее, умение радоваться каждому дню.

 

Я всегда говорю своим пациентам: ищите вокруг себя  людей, которые живут и сохраняют позитив вопреки любым обстоятельствам. Так, недавно в санатории я наблюдала за женщиной: маленькая, худенькая, трое детей, старший сын — с тяжелым ДЦП. И ни разу я не видела ее в плохом настроении. Семья живет в радости и любви, хотя я как врач понимаю, каких это стоит усилий. Обычно это получается у людей, которые умеют жить здесь и сейчас. К сожалению, половина живет в прошлом, половина — в будущем. И часто именно тяжелая болезнь учит радоваться моменту и не опускать руки.

 

Нередко наблюдаешь обратную картину: здоровые по врачебным критериям люди находятся в состоянии тревоги, уныния и хронически плохого настроения. Объясняешь: если нет причин унывать, то и не нужно этого делать. Да, вовремя проходите обследование, но не живите каждый день с мыслью, что заболеете, иначе так и произойдет, психосоматику никто не отменял. Напрямую с тревогой связаны заболевания сердечно-сосудистой, нервной систем, желудочно-кишечного тракта и многие другие.

 

Самому заботиться о себе и наблюдаться у доктора, которому вы доверяете, — вот залог успеха. Только совместными усилиями врача и пациента профилактика заболеваний будет качественной, а диагностика и лечение — своевременными.

 

Молодым врачам говорю: человек не должен читать в ваших глазах сомнения. Пациенты хотят чувствовать уверенность доктора в том, что все будет хорошо, ждут от него четких конкретных решений. Обстоятельный разговор, разъяснение пациенту непонятных и часто пугающих моментов диагностики и терапии не менее важны, чем лечебный процесс.

 

Поделитесь случаями из практики.

 

Запоминаются случаи, когда люди выживают при самых неблагоприятных прогнозах. Ведь это всегда кропотливая работа медицинской команды и пациента. Восстановление после острых нарушений мозгового кровообращения, травм, инфаркта миокарда, перенесенных оперативных вмешательств по поводу онкологических заболеваний…

 

Многочисленные случаи, когда ты наблюдаешь, как постепенно, шаг за шагом, благодаря медицинским возможностям реабилитации и силе воли самих пациентов результаты лечения превосходят все ожидания. Меня как врача это окрыляет. Причастность к таким историям — одна из самых приятных сторон моей работы.

 

Вот, например, недавно в нашем отделении проходила лечение пациентка с полинейропатией после полихимиотерапии по поводу онкологического заболевания. Ее боевой дух стал для меня очередным примером.

 

Как работали в пандемию?

 

Полностью отделение закрывалось только на период строгих ограничений, когда мы все трудились в красной зоне. В остальное время принимали пациентов, нуждающихся в неотложной помощи, восстановлении после тяжелых заболеваний и травм. Плюс были заняты вакцинацией, организованной на базе отделения. Словом, нагрузка выросла. Но я не теряла веры в то, что когда-нибудь мы вернемся к обычному режиму работы. Я понимала, что коллегам в приемных отделениях и отделениях интенсивной терапии работать было гораздо сложнее, причем и физически, и морально. В своем коллективе мы старались помогать друг другу, поддерживало руководство поликлиники. Работа была построена таким образом, что при большом количестве пациентов состав бригад в красной зоне мобильно расширялся. Это помогло выстоять самим и качественно оказывать медицинскую помощь пациентам. В нашей профессии бывает трудно, но ты врач, ты закалялся годами.

 

Наблюдаете ли пациентов с постковидным синдромом?

 

Категория таких пациентов есть, и она сложная. Врачебное сообщество понимало: тяжело работать в пандемию, но нелегко будет и после. Пациенты находились дома, на изоляции, и мы знали, что они когда-то придут — с массой жалоб и клинических симптомов. Так и произошло. У ряда пациентов декомпенсировались хронические заболевания, часть нуждалась в дообследовании, проведении скрининга и других мероприятий. Свою нишу занял и новый термин «постковидный синдром», под маской которого часто обнаруживаются дремавшие ранее проблемы со здоровьем.

 

Наше отделение в течение всего времени осуществляло раннюю реабилитацию после коронавирусной инфекции. Некоторые люди восстанавливались быстро, а у кого-то выздоровление затягивалось на 3 и более месяцев. Нередко пациенты даже не могли конкретизировать, что именно с ними происходит: им просто было плохо. Основные жалобы — слабость и снижение работоспособности.

 

Что, на ваш взгляд, важно в лечении постковидных пациентов?

 

Для начала дообследование, и в нашей поликлинике есть для этого возможности: спирография, УЗИ щитовидной железы, брюшной полости, эхокардиоскопия, холтеровское мониторирование ЭКГ и АД, рентгенологическая диагностика. Кроме того, широкий спектр лабораторных анализов, консультации узких специалистов, включая кардиолога, ревматолога, пульмонолога.

 

В лечении применяем нейропротекторные, ноотропные, метаболические и другие препараты, которые помогают восстановить когнитивные функции, повысить физическую работоспособность, купировать многие постковидные симптомы. Все пациенты уходят от нас с рекомендациями по дальнейшему восстановлению.

 

Я сторонница профилактической медицины, причем убеждена, что на 80 % здоровье зависит от образа жизни. Ежедневно это доказывают и мои пациенты, и я подтверждаю своим примером. При любых обстоятельствах 2–3 раза в неделю занимаюсь в тренажерном зале, люблю бассейн, пешие прогулки. Давно не смотрю на такой показатель, как возраст. Для меня возраст — это состояние души, результат отношения к своему здоровью. Есть люди, которым за 80 лет, и они прекрасно знают, что такое зарядка, правильное питание. А есть люди, которые и в 30 уже устали.

 

Подводя итоги, что помогает вам достигать успехов  в работе?

 

Прежде всего понимание того, что я на своем месте, в окружении профессионалов — моих коллег. В коллективе нахожу понимание, с удовольствием иду на работу. И награда, которую я получила, — это награда всей нашей команды. Но не меньше радует искреннее «спасибо» пациента. Это настолько трогательно, особенно когда говорят: «Мы только пообщались с вами — и уже стало легче». В такие моменты я получаю обратно энергию, которую отдала на лечение пациента. Это помогает мне не выгореть, при жизненных невзгодах работа меня излечивает.

 


Недостаточно прав для комментирования

При копировании или цитировании текстов активная гиперссылка обязательна. Все материалызащищены законом Республики Беларусь «Об авторском праве и смежных правах».