Фото носит иллюстративный характер. Из открытых источников.
Фото носит иллюстративный характер. Из открытых источников.

За несколько десятилетий восприятие соматических (личностных) прав человека в обществе изменилось. Сегодня им уделяется особое внимание. О том, какие права можно отнести к соматическим и как они регулируются, в интервью корреспонденту «Медвестника» рассказал кандидат юридических наук, доцент Дмитрий Василевич. 

 

Конституционные истоки

 

Дмитрий Григорьевич, почему возникла необходимость выделения соматических прав как отдельной группы?

 

За последние десятилетия право становится все более антропологизированным. Поэтому сегодня мы можем говорить о расширении восприятия свобод и объемов прав каждого человека.

 

Развитие биомедицины, трансплантации, репродуктивных технологий, появление возможностей по изменению генома позволяют проводить самые разнообразные манипуляции с человеческим телом. Конечно, эти новации помогают улучшить качество и продолжительность жизни. И человек может реализовывать права по распоряжению своим телом на более высоком уровне. Вместе с тем возрастают риски и угрозы, связанные с их соблюдением.

 

Я несколько лет занимался исследованием соматических прав и свобод и предложил свое определение их на основе изученного материала.

 

Это совокупность прав и свобод, предусмотренных Конституцией и международными договорами республики, по распоряжению человека своим телом, на объем и содержание которых оказывают влияние мировоззренческие установки, а также успехи в биомедицине, генетике, трансплантологии и других науках, занимающихся исследованиями в области человеческого организма.

 

Причем важное значение имеют здесь именно «мировоззренческие установки». Мораль, нравственность со временем меняются. И то, что раньше в обществе считалось неприемлемым, теперь воспринимается совсем по-другому. Самый простой пример — нанесение татуировок на лицо. Таким же образом сегодня у людей изменилось отношение, скажем, к суррогатному материнству или смене пола. Поэтому и появляются новые оценки соматических прав.

 

Отмечается, что соматические права имеют конституционные истоки...

 

Да, основополагающим является право на жизнь. Оно закреплено в статье 24 Конституции Беларуси. Хотя его смысл, на мой взгляд, раскрывается и в других статьях основного закона страны — 25 (государство обеспечивает свободу, неприкосновенность и достоинство личности), 28 (каждый имеет право на защиту от незаконного вмешательства в его личную жизнь, в том числе от посягательства на тайну его корреспонденции, телефонных и иных сообщений, на его честь и достоинство).

 

Вместе с тем сегодня следует выделять и так называемое квазиправо — право на смерть. Существуют группы людей, которые считают, что у них есть право на смерть без явных на то причин (в частности, длительных и бесперспективных страданий). То есть свое право на жизнь они реализуют через ее прекращение. Но почему это называется квазиправо? Потому что если человек решает совершить суицид и кто-то хочет ему помешать, то последний, по сути, должен нести ответственность за нарушение прав первого. Хотя по большому счету своими действиями он спасает жизнь. И мы не можем говорить об ответственности в данной ситуации.16053782 43 0 2774 2048 1920x0 80 0 0 c3333e4637f9ddaf48fba7a00d7e5944Кстати, здесь хотелось бы отметить, что в некоторых случаях реализация соматических прав способна негативно влиять на общество. Например, если человек совершает суицид в общественном месте. Вообще проблема суицидов в современном мире приобретает острый характер, в том числе среди детей и молодежи. Во многом из-за отсутствия должного родительского контроля и селективного подхода к контенту в интернете, нацеленного на юных пользователей.

 

В каких случаях можно говорить о нарушении данной категории прав?

 

Для этого может быть несколько причин. Во-первых, недостаточная правовая регламентация.

 

Во-вторых, влияние внешних факторов. Ряд вопросов остается в поле острых дискуссий, например, эвтаназия, однополые браки. Нередко из СМИ узнаем информацию, что человек совершил суицид, так как не смог вынести мучительные страдания из-за болезни.

 

В-третьих, на несоблюдение соматических прав могут влиять мировоззренческие установки. Так, в статье 23 Конституции Беларуси указано, что ограничение прав и свобод личности допускается только в случаях, предусмотренных законом, в интересах национальной безопасности, общественного порядка, защиты нравственности, здоровья населения, прав и свобод других лиц.

 

Представители различных конфессий обычно негативно относятся к искусственному прерыванию беременности. У нас в Беларуси есть позитивный опыт работы с женщинами, которые обращались по поводу проведения таких операций.

 

Вы упомянули о правовом регулировании. Как оцениваете его состояние в Беларуси?

 

В нашей стране благодаря активной позиции медицинских работников, учреждений системы здравоохранения во взаимодействии с правоохранительными органами, с опорой на современные научные подходы, законодательство формируется для обеспечения общепризнанных мировых стандартов. Причем количество существующих нормативно-правовых актов говорит о том, что регулируется целый пласт общественных отношений. Это законы «О здравоохранении», «О трансплантации органов и тканей человека» и другие.

 

Разумеется, одним из важнейших регуляторов в области соматических прав выступает Минздрав. По инициативе ведомства достаточно активно проводится совершенствование нормативно- правовой базы. Но, с моей точки зрения, в этом процессе стоило бы увеличить волатильность нормативно-правовых актов, чтобы были обеспечены актуальность и соответствие общественным интересам.

 

Шаг вперед

 

Выделяют несколько категорий соматических прав. Расскажите о них…

 

Категории зависят от подхода к классификации. По целевому назначению это могут быть репродуктивные, сексуальные права, право на эвтаназию, на трансплантацию органов и тканей. По времени реализации — при жизни или после смерти. По субъекту реализации — сам человек, его законные представители, госорганы. По степени воздействия со стороны государства — абсолютные или ограничиваемые права.

 

Остается актуальной проблема клонирования живых существ, фантастическими пока еще воспринимаются возможности крионики (но недавно в СМИ прошла информация о возвращении к жизни женщины, температура тела которой из-за потери сознания на морозе понизилась до 27 градусов). Много людей, включая и молодых, которые оказались парализованными, надеются на возможности трансплантации. Еще 50 лет назад фантастикой была пересадка сердца. А сейчас эти операции стали распространенными.

 

Учитывая демографическую ситуацию в стране, репродуктивные права приобретают особую важность. Какие изменения в их правовом регулировании произошли за последнее время и что еще следовало бы скорректировать?

 

Право на материнство или отцовство либо отказ от них относится к числу основных естественных прав человека, получивших закрепление в конституциях и ряде международных документов.Child from test tube. Fertilization. IVF. Change the DNA of a future baby, baby girl to order.По данным статистики, около 14–15 % пар в Беларуси бесплодны. Это определяет острую потребность во вспомогательных репродуктивных технологиях — ЭКО и суррогатном материнстве. Однако развитие технологий в этой сфере и в целом в здравоохранении потребовало корректировки правового регулирования.

 

Так, в 2019 году, спустя 7 лет, была принята новая редакция Закона «О вспомогательных репродуктивных технологиях», которая включила в себя ряд важных изменений. В частности, предельно допустимый возраст для суррогатной матери повысился с 35 до 49 лет, однако при условии, что она является родственницей генетической матери. Это была ожидаемая мера.

 

Также хотелось бы отметить тот факт, что согласно Закону «О здравоохранении» женщина вправе самостоятельно решать вопрос о материнстве. Все аспекты, касающиеся искусственного прерывания беременности, прописаны в статье 27 этого закона. Однако, считаю, что законодательство в этой сфере нуждается в совершенствовании. В частности, следует больше внимания уделить участию супруга в предабортном психологическом консультировании. В данном случае мы можем говорить о реализации репродуктивных прав мужчины.

 

Еще один дискуссионный вопрос — искусственное прерывание беременности несовершеннолетней. В подобных случаях субъектом реализации соматических прав выступает законный представитель. Однако крайне важно учитывать мнение и самой несовершеннолетней.

 

По нашему законодательству уголовно-правовая охрана жизни наступает с момента рождения. По моему мнению, эта планка должна быть смещена в сторону предельного срока для искусственного прерывания беременности, то есть 12 недель.

 

В некоторых комментариях к Уголовному кодексу говорится о том, что природа сама подсказывает, когда плод уже может жить самостоятельно (например, через схватки). Кроме того, напомню о достижениях белорусской медицины в выхаживании недоношенных детей. Поэтому логично, если уголовно-правовая охрана жизни будет наступать с 12 недель беременности.

 

Это позволит говорить о дополнительной ответственности родителей в плане недопустимости девиантного поведения во время вынашивания ребенка, например, употребления спиртных напитков, запрещенных психоактивных веществ. В некоторых странах известны примеры, когда дети с отклонениями в развитии, вызванными таким поведением родителей, взыскивали с них средства на поддержание качественной жизни.

 

По трансплантациям органов и тканей наша страна является лидером в СНГ. Разработана и усовершенствована соответствующая нормативно-правовая база. В чем ее преимущества с точки зрения соблюдения соматических прав?

 

Очень важно, что в нашем законодательстве закреплены разные подходы к согласию на изъятие органов. С одной стороны, его получение обязательно (презумпция несогласия), с другой — неиспрошенное (презумпция согласия). Каждый из этих подходов можно обосновать с позиции преимуществ. Однако с точки зрения реализации соматических прав, в том числе принципа автономии, презумпция согласия на посмертное изъятие органов расценивается спорно. Хотя, безусловно, она расширяет возможности проведения трансплантаций и выступает своеобразным проявлением гуманности к родственникам умершего, поскольку на фоне печального известия не нужно решать вопрос с согласием на изъятие органа.

 

Также следует подчеркнуть, что при проведении трансплантаций соблюдается конституционный принцип равенства, то есть эти технологии доступны всем гражданам Беларуси вне зависимости от социального или экономического статуса, причем на безвозмездной основе. Однако с учетом того, что в нашу республику, лидирующую в трансплантологии на постсоветском пространстве, приезжают пациенты из других стран, этому принципу необходимо уделять особое внимание.Hand in glove close up holding 3d human model with inner organ system. Anatomical structure.Раз уж мы говорим о медицинских вмешательствах, стоит упомянуть и об информированном добровольном согласии на них…

 

Эта мера предусмотрена Конвенцией о правах человека и биомедицине 1997 года. Как и другие положения данного документа, она была имплементирована в наше законодательство.

 

Разработанные в Беларуси нормативно-правовые акты об информированном согласии являются, безусловно, позитивным шагом вперед. Но, на мой взгляд, они нуждаются в более рациональном подходе, который позволит доносить до пациента максимальную информацию о проводимой процедуре и ее последствиях. Причем важно, чтобы этот момент находил свое отражение не только в медкарте, но и в юридических документах на случай возникновения споров.

 

Вопросы жизни и смерти

 

Долгое время дискуссионным остается вопрос об эвтаназии. Как бы вы его оценили с точки зрения соблюдения соматических прав?

 

Процедура сложная, к ней должно быть повышенное внимание.

 

Неоднократно в нашей стране предлагалось провести социсследование о целесообразности легализации эвтаназии. Но результативность такой работы будет равна нулю. Поскольку у медработников будет одно мнение на этот счет, у родственников — другое, у пациентов — третье.

 

Правильно сказать, что возможность проведения эвтаназии должна быть в исключительных случаях, когда человека нельзя избавить от сильных, длительных и мучительных страданий. Однако, чтобы избежать злоупотребления этим правом со стороны родственников пациента, данный вопрос необходимо рассматривать в суде.

 

На сегодня отсутствие доступа к эвтаназии не только в Беларуси, но и в некоторых других странах приводит к ряду проблем. Мы можем говорить о примерах, когда неизлечимо больной выписывается из медучреждения, поскольку дальнейшая терапия неэффективна. Как правило, такими пациентами занимаются хосписы. Но есть случаи, когда граждане государств, в которых эвтаназия запрещена, оказавшись в таком положении, приобретали на черном рынке специальные аппараты для самостоятельного ухода из жизни.

 

Хочу добавить, что обсуждение вопроса о легализации эвтаназии привлечет внимание различных профсообществ, что в результате, вероятно, поможет найти альтернативный способ для исключения длительных и бесперспективных страданий неизлечимых больных. Но это вопрос весьма сложный, неоднозначный, он требует профессионального обсуждения и воли законодателя.

 

Говоря о проблемах жизни и смерти в аспекте правового регулирования, нужно отметить и право на достойное отношение к телу человека после его смерти. В чем оно заключается?

 

В первую очередь речь идет о погребении и его способах. И в последнее время уделяется пристальное внимание со стороны органов прокуратуры по реализации религиозных прав в этом вопросе.

 

Что касается здравоохранения, то здесь нужно говорить о правильной утилизации анатомических и биологических материалов. Согласно постановлению Минздрава № 14, этим занимаются сотрудники медучреждений в специально отведенных местах. Но с точки зрения гуманности человек должен иметь право сам решать этот вопрос. В качестве примера можно привести Израиль. Министерство по делам религий страны и Министерство здравоохранения на основе мнения главного раввината выработали целый алгоритм, как поступать с анатомическими материалами, чтобы максимально учесть интересы человека, национальные традиции и религиозные воззрения.

 

В завершение нашей беседы хотелось бы спросить о направлении, которое многим до сих пор кажется фантастикой, — о бодихакинге. Какого-то правового регулирования в этой сфере, насколько я понимаю, пока не существует. Но на что оно должно быть направлено?

 

Начнем с того, что бодихакинг — это намеренное усовершенствование своего тела с использованием имплантатов — биологических, искусственных или смешанных. Поэтому стоит отличать данное направление от, скажем, желания человека, потерявшего руку в результате травмы, поставить себе биомеханический протез. Известны примеры такого намеренного усовершенствования, в частности, среди спортсменов, представителей искусства, что ставит их в неравное положение по сравнению с коллегами.

 

Нужно понимать, что все устройства для бодихакинга так или иначе регулируются программным обеспечением. Чтобы исключить нанесение вреда себе и окружающим в результате некорректной работы используемых алгоритмов либо непредвиденного сбоя оборудования, нужен комплексный подход к регулированию данного вопроса, в том числе с привлечением IT-специалистов, а также позиция законодателя о степени приемлемых вторжений в человеческое тело, с учетом восприятия его целостности, достойного к нему отношения и стандартов, обеспечивающих автономию личности.

 


Недостаточно прав для комментирования

При копировании или цитировании текстов активная гиперссылка обязательна. Все материалы защищены законом Республики Беларусь «Об авторском праве и смежных правах».