За историей годовалой гомельчанки Эмилии Корнейчук следит вся Беларусь. У малышки выявили спинальную мышечную атрофию 2-го типа — редкое наследственное заболевание нервно-мышечной системы. Многие организации, волонтеры и просто неравнодушные граждане подключились к сбору средств на дорогостоящее лекарство.
Родители Эмилии — медицинские работники. Вместе оканчивали Оршанский медколледж, вместе уехали на отработку, а потом вместе выбирали город, в котором, поженившись, будут жить и воспитывать детей. Ольге и Валерию приглянулся Гомель.

Потеря мамы привела в медицину
Валерий Корнейчук работает фельдшером на Гомельской городской станции скорой медицинской помощи. Уже в 9-м классе он знал, что будет спасать человеческие жизни.
— Медицину я выбрал неслучайно. Вырос в многодетной семье, есть два брата и сестра. Когда мне было 15 лет, у мамы случился инсульт. Мы вызвали скорую, и мне пришлось сопровождать маму в больницу. Там, в машине скорой помощи, я как завороженный следил за работой медицинской бригады. Испытывал дикий страх за родного человека и в то же время какое-то благоговение перед теми, кто пытался спасти ее жизнь, — рассказывает Валерий. — Наша мама умерла через 5 дней — летальность при геморрагическом инсульте очень высокая. Наверное, именно потеря матери привела меня в медицину. Каждый раз, когда мы везем тяжелого пациента, воспринимаю это как вызов судьбы. Помню, однажды с коллегами приехали «на инфаркт». Мужчина был без сознания и очень плох. Пять раз у него останавливалось сердце, и пять раз мы возвращали пациента к жизни. Довезли, передали в реанимацию, он выжил.
А теперь случилась беда с моей Эмилечкой… Ее жизнь зависит от того, как скоро мы сможем ввести спасительную инъекцию.
Когда мир перевернулся
Эмилия родилась 7 сентября 2025 года в срок, роды проходили без осложнений, беременность супруги планировали. До 7–8 месяцев девочка развивалась, как все дети в ее возрасте: переворачивалась, держала спинку, но родители замечали, что дочь сама не садится. Впрочем, это был вариант нормы, поэтому все списывали на индивидуальные особенности.
В 8 месяцев малышка переболела вирусной инфекцией с высокой температурой и сыпью. Ольгу с дочкой госпитализировали в инфекционную больницу. После выписки родители заметили, что ребенок стал менее активным, не может удержать игрушку в руках. Невролог отметил слабость мышц и посоветовал массаж, ЛФК и физиопроцедуры, а когда улучшений не наступило, было рекомендовано сдать генетический тест для исключения спинальной мышечной атрофии (СМА).
— Анализ делается больше месяца. Ждали результат и в то же время следовали всем рекомендациям врачей. В 11 месяцев Эмилия стала сама садиться, и это, учитывая обстоятельства, нас очень порадовало, — вспоминает Валерий. — Потом мы отпраздновали первый день рождения дочери, сняли домик на природе. А по возвращении домой нам позвонил врач-генетик, попросил приехать. Конечно, по телефону про СМА не говорили, но мы с супругой — медицинские работники, поэтому сразу поняли, что, скорее всего, результат неутешительный. С этого дня наш мир перевернулся.
Маленькую пациентку сразу же направили в РНПЦ «Мать и дитя». Собрался консилиум, девочку еще раз обследовали, оценили состояние и установили окончательный диагноз: спинальная мышечная атрофия 2-го типа. Это коварнейшая болезнь, когда вследствие мутации гена SMN1 постепенно гибнут двигательные нейроны, расположенные в спинном мозге.
Ни у мамы, ни у папы Эмилии в роду не было людей со СМА или другими нервно-мышечными заболеваниями, но так совпало, что оба родителя — носители сломанного гена. Проявления болезни у носителей, как правило, незаметны, но вероятность рождения ребенка со СМА при такой комбинации — 25 %.
Надежда на новогоднее чудо
Чтобы помочь малышке, у родителей очень мало времени. Оправившись от шока, Ольга и Валерий начали искать помощь. Эмилия, которая сейчас весит 8,2 кг, подходит для терапии. Препарат разрешено вводить, пока вес не превышает 13,5 кг. Но медлить нельзя, потому что без лечения состояние девочки будет ухудшаться с каждым днем.
Сегодня Эмилия ползает, переворачивается и самостоятельно присаживается, но если инъекцию не ввести как можно раньше, эти умения она постепенно начнет утрачивать. А вернуть утраченные навыки с помощью лекарства, к сожалению, не получится. Сперва девочка перестанет ползать, затем сидеть, а потом пропадет способность дышать. Лекарственное средство полностью не исцеляет, но оно останавливает развитие смертельного недуга и предотвращает процесс инвалидизации.
— Стоимость препарата в разных странах может достигать 2,1 миллиона долларов, — рассказывает Валерий. — В нашем случае нужно найти 1 миллион 815 тысяч долларов. Такую сумму невозможно собрать самостоятельно, поэтому мы обратились к друзьям, коллегам и всем неравнодушным людям. И нашли отклик в сердцах белорусов. К сбору подключились предприятия, медицинские работники из разных районов и областей, которые устраивают флешмобы в соцсетях, записывают ролики. Сейчас собрано чуть более 41 % средств. В какой-то момент прилетела внушительная сумма от неизвестного человека или организации, и это придало сил. Однако теперь цифра замерла на месте. Мы очень переживаем, ведь время решает все.
Живем надеждой, вдруг случится новогоднее чудо и сбор будет закрыт.
Однажды мне задали вопрос: «Какой вы видите Эмилию через много лет?» Я смотрю на свою улыбчивую, нежную, хрупкую девочку, любуюсь ямочками на щечках и представляю ее красивой, здоровой и счастливой девушкой со скрипкой в руках. Она с рождения обожает музыку…