Фото из личного архива О.Рязанцевой
Фото из личного архива О.Рязанцевой

Наверное, у каждого абитуриента, поступающего в медицинский, в голове есть свой идеальный образ врача, которым он хотел бы стать. Но когда молодой специалист выходит на работу в госучреждение, его юношеские амбиции часто разбиваются о суровую реальность. Наша героиня Ольга Рязанцева с детства мечтала только об одном — пополнить ряды людей в белых халатах. Мечта сбылась, тем не менее некоторое время спустя она приняла решение уйти из профессии. Переучилась на экономиста. Но…Сегодня Ольга снова в белом халате работает в городском роддоме. А недавно пошла на курсы переквалификации в БелМАПО, чтобы получить новую врачебную специализацию.

 

В 5 лет решила стать хирургом

 

Ольга с детства помнит запах больницы и яркие лампы над хирургическим столом. Нет, она не болела, наоборот, была озорной девчонкой, за которой нужен глаз да глаз. Мама-ветеринар постоянно в разъездах по колхозам и совхозам. С кем оставить ребенка, когда детский сад закрыт? Конечно, с бабушкой. Бабушка Ольга Ивановна работала хирургом в районной больнице и иногда по просьбе любимой внучки брала ее с собой в операционный блок.

 

— Насмотрелась я, конечно, всякого. Но крови не боялась никогда. Меня завораживало это чудо — человек был болен, а доктор делал его здоровым. Я видела, какими доброжелательными были врачи — каждый ставил себя на место пациента и через себя пропускал всю его боль. В 5 лет я твердо решила, что стану хирургом.

 

После школы Ольга, как и задумала, отправилась поступать в медицинский институт. Не хватило 0,5 балла. Мама уговаривала не торопиться, потратить год на подготовку и попытать счастья в следующем году, но Ольга так рвалась в медицину, что решила не ждать. Отнесла документы в медколледж, прошла по конкурсу 5 человек на место и поступила на «Сестринское дело». После получила еще и специализацию «фельдшер-акушер». Шутит: в результате получилась переученная медсестра и недоученный доктор.

 

В розовых очках

 

С первого курса стала работать. Сначала санитаркой в отделении гнойной хирургии. Потом медсестрой в отделении анестезиологии и реанимации в НИИ онкологии в Боровлянах. Это место работы она вспоминает с особой благодарностью. 

 

— Атмосфера в отделении была рабочей, но благожелательной. Меня, 17-летнюю, совсем еще зеленую медсестру из училища поддерживали, помогали и учили, голоса не повышали даже в экстренных ситуациях. Этот период был очень полезным в плане обучения практическим навыкам. Пациенты постоянно менялись перед моими глазами, но что с ними происходило дальше, я просто не знала. Думаю, тогда, на посту в отделении реанимации, я пребывала в розовых очках.

 

После окончания колледжа Ольгу распределили фельдшером на ФАП в Минском районе, через 3 месяца перевели фельдшером в пристоличную гимназию.

 

— А потом началась школа жизни: я перешла работать в приемное отделение городской больницы. Было тяжело. Я много чему научилась. От медсестры требовались темп и понимание диагнозов, с которыми привозили пациентов. Я должна была с одного взгляда определить, кого нужно уложить на каталку, кого посадить в кресло. Врачи говорили: запомни, не тот пациент, кто кричит, а тот, кто молчит. Так оно и было. Я видела множество раз: самыми тяжелыми оказывались те, кто молчал. У них уже просто не было сил. Те, у кого находились силы ругаться с врачами, были в относительном порядке. Навсегда запомню бабушку, которая 10 часов лежала в приемном покое совсем одна, родственникам она была не нужна. Никто не знал, что с ней делать. Все отделение делилось с ней ссобойками...

 

Именно там, в приемном отделении, у меня появилась мысль навсегда уйти из профессии. Но куда? Медицину я выбирала сердцем, а здесь пришлось решать «от головы». Языки мне не давались, с техникой на «вы». Вместе с подругой решила поступать на экономическую специальность в нархоз (БГЭУ). Нашла репетиторов, которые подготовили к поступлению. Поступила. И засела за Economics Самуэльсона — настольную книгу всех экономистов.

 

Сосчитать деревья в городе

 

Моя специальность называлась «экономист-эколог» (специалист в сфере природопользования). Если по-простому, я должна была считать деревья в городе, прогнозировать экономическую выгоду от их вырубки. В общем, уже на первом курсе с ужасом осознала, что выбрала совсем не то, чем была готова заниматься всю дальнейшую жизнь.

 

Может быть, поэтому я так и не рассталась окончательно с медициной. Оставалась в «приемнике», а на четвертом курсе ушла на скорую, чтобы не терять фельдшерский стаж. Почти все ребята, кто там работал, учились в мединституте. Пообщавшись с ними, вспомнила о своей детской мечте — стать доктором. И снова задумалась о поступлении, на этот раз в мед-университет на педиатрический факультет. За учебу платила из зарплаты фельдшера скорой. Меня тогда очень поддержала мама.

 

Получается, что я все-таки последовала ее мудрому совету, правда, понадобился не один год подготовки, а много непростых лет. Но тогда, во времена юношеского максимализма, я, наверное, не могла поступить иначе. Никогда не была послушной девочкой, все детство играла в войнушку, лето проводила в спортивных лагерях. Мне было важно доказать всем, что я могу. Тогда же, в детстве, у меня сформировалась потребность в дисциплине и нагрузках — как физических (от безделья сильно устаю), так и умственных (мне постоянно необходимо узнавать что-то новое).

 

При этом я понимаю, что если бы не было поддержки семьи, мужа, я бы, наверное, все-таки ушла в экономику. По банальной финансовой причине. Я благодарна мужу, с которым мы уже 20 лет вместе, за то, что он верит в меня и терпеливо переносит мои поиски себя.

 

Работа для беспокойного человека

 

В мединституте Ольга встретилась с преподавателями, которые подогрели ее интерес к специальности «нео-натология». Они рассказывали, как такие специалисты работают в Германии, Франции, США. Во всем мире неонатологи занимаются только реанимационными мероприятиями. У Ольги сложился образ врача — человека действия, думающего, решающего сложные задачи, спасающего маленьких людей.

 

На практике оказалось, что в белорусских роддомах сложными случаями занимаются реаниматологи. Неонатологам достается рутина: ходить на все роды да заполнять бумаги. Ольга говорит, что ее работа заключается в том, чтобы оценивать общее состояние ребенка (как это делает любой педиатр), допускать его до прививки БЦЖ и доносить до мамы 10 принципов грудного кормления. Идеальная работа для спокойного человека.

 

— Но не для меня, — улыбается Ольга, — мой характер не даст мне успокоиться. Я люблю медицину за необыкновенное ощущение, когда новый день не похож на предыдущий, за драйв, адреналин и сложные задачи. Поэтому решила снова подкорректировать свой путь к работе мечты. Пошла на курсы переподготовки в БелМАПО. Хочу работать в реанимации. Я начала свой путь в отделении анестезиологии медицинской сестрой, пришла пора вернуться туда врачом.

 

После окончания контракта неонатолог Ольга Рязанцева планирует перейти на позицию анестезиолога-реаниматолога и дальше совершенствоваться в профессии.

 

— Сейчас многие получают два и больше высших образования, совмещают одно с другим и становятся по-своему уникальными специалистами. Я тоже могла бы использовать свои знания экономиста и попытаться выстроить карьеру, например, менеджера учреждения здравоохранения. Но не греет душу. В медицине самое интересное — это практика.

 

Принято считать, что любой опыт, даже негативный, нужно оценивать как полезный жизненный урок. Я так не думаю. В моем случае попытка побега в другую профессию была ошибкой. Я просто потеряла время.

 


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

При копировании или цитировании текстов активная гиперссылка обязательна. Все материалы защищены законом Республики Беларусь «Об авторском праве и смежных правах».