Игорь Андреенков. Фото автора.
Игорь Андреенков. Фото автора.

Крупные авиапроисшествия, жестокие убийства, нелепые смерти… С какими только случаями не сталкивался за 40-летнюю практику государственный медицинский судебный эксперт управления судебно-медицинских экспертиз управления Госкомитета судебных экспертиз по Минской области Игорь Андреенков.

 

Можно ли привыкнуть к смерти? Что оказывает наибольшее эмоциональное воздействие? Какие сложности возникают? В интервью «Медвестнику» эксперт рассказал немало историй из жизни.

 

Игорь Николаевич, помните свою первую экспертизу? Было сложно?

 

Я пришел на работу 2 августа 1981 года. Привезли труп — женщина упала с 5-го этажа. До сих пор помню ее фамилию. С трупом пришлось немало поработать, потому что опыта не было и все давалось с большим трудом.

 

Как справлялись? Старшие коллеги помогали? 

 

Конечно. Медицина, в частности судебная, предполагает в первую очередь общение с коллегами. Можно ли выучить иностранный язык только по учебнику? Наверное. Но совсем другое дело, когда занимаешься с преподавателем, попадаешь в языковую среду. Быстрее овладеваешь знаниями. Так и здесь. В судебной медицине большое значение имеет коллектив, который тебя окружает. Когда проводишь экспертизу трупа у секционного стола, подходят опытные коллеги. Один что-то подскажет, второй, третий, и в конце концов ты начинаешь обращать внимание на многие нюансы. Когда в коллективе дружественная атмосфера, когда тебе помогают, чтобы ты скорее набрался опыта, тогда и работа в удовольствие, и экспертизы проходят на высоком профессиональном уровне. Общение дорогого стоит.

 

Когда вы почувствовали уверенность в своих навыках?

 

Уверенность приходит через годы. Медицинским судебным экспертом трудно работать первые 5 лет, потом становится немного легче. Мы постоянно учимся. Получив опыт, знаем, на что обратить внимание, как методически подойти к решению того или иного вопроса, грамотно провести экспертизу. Как в любом учебном процессе, есть человек, который делится знаниями, и есть молодой специалист, который должен их воспринимать. Но мало обучать с душой. Многое зависит и от того, может ли ученик усвоить информацию. Тут главное — баланс. Нужно работать над собой. Сейчас стало немного легче: в интернете много специальной литературы. В мое время даже бумажных книг было очень мало. Помогала учеба в крупных судебно-медицинских центрах в Москве, Ленинграде, Киеве, Харькове. Я ездил на два месяца в Ленинград, был в Киеве. До сих пор пользуюсь полученными там знаниями.

 

Обращаетесь ли за советом к врачам?

 

Что такое судебная медицинская экспертиза? Это, как говорил один опытный эксперт, богом данное счастье. Работать в этой системе интересно. Круг общения очень большой — медики, представители МВД, следственного комитета, прокуратуры... Хорошо, когда тебя окружают грамотные специалисты. У нас налажены тесные взаимоотношения с Минской областной клинической больницей, Минской областной детской клинической больницей, Минским областным противотуберкулезным диспансером, районными больницами.

 

Какие случаи запомнились?

 

Довелось участвовать в экспертизе после авиапроисшествия, когда зимой 1985 года под Минском упал ТУ-134. Тогда многие студенты летели на каникулы домой в Ленинград. Самолет сильно обгорел. Было около 70 трупов. Массовую гибель людей в авиакатастрофе невозможно забыть. Обгоревшие, обугленные тела… У некоторых членов экипажа сохранилась форма, у кого-то сережка в ухе, кольцо. Генотипоскопического исследования еще не было. Идентифицировать личности можно было только по групповой принадлежности крови. Большое количество погибших молодых людей, еще недавно полных жизни, оказывает сильное эмоциональное воздействие на эксперта. Но со временем привыкаешь. Если постоянно эмоционально реагировать, это будет мешать работе.

 

Труп в судебно-медицинской практике в первую очередь рассматривается как объект исследования, носитель информации. Нельзя, чтобы погибали дети, молодые люди. Это противоестественно. Но, к сожалению, эта изнанка жизни постоянно у нас перед глазами. Мы видим все негативные стороны жизни общества и отдельных людей. Но эмоции отходят на второй план.

 

И как не дать слабину?

 

Важен изначальный настрой. Когда человек впервые приходит в морг, он для себя решает, будет здесь работать или нет. К нам на вскрытие приходили курсанты МВД, студенты... Молодые здоровые ребята при виде трупа и крови падали в обморок. Когда работаешь через силу, наступает эмоциональное выгорание, физическое утомление. Человек в любом случае уйдет, но будет жалко бесцельно прожитых лет.

 

Знаю, вы участвовали в экспертизах по делу «витебского Чикатило»… 

 

Да, приходилось участвовать в громких делах во времена Советского Союза, в том числе по делу витебского маньяка Геннадия Михасевича. На заседании выездной сессии Военной коллегии Верховного суда СССР в здании Минского городского суда на столе выложили тома уголовных дел, не меньше 50. Я удивился: столько материалов? Действительно тщательно расследовали. Маньяк много лет уходил от следствия, даже сам себя искал: был дружинником и добровольно помогал милиции прочесывать местность. В те времена информация скрывалась, об этом не так много писали. А уже в перестройку масс-медиа стали смаковать такие истории, чтобы привлечь читателей.

 

Какие еще трагедии не можете забыть?

 

Десять лет назад проводил экспертизы после взрыва в метро. То еще зрелище, конечно… В 2008 году участвовал в экспертизах после того, как у стелы «Минск — город-герой» взорвалось самодельное взрывное устройство, начиненное металлическими гайками и болтами. Такие случаи запоминаются на всю жизнь.

 

Лет 10 назад при заходе на посадку упал небольшой самолет из Москвы с тремя членами экипажа и парой пассажиров. Экспертизу проводил наш отдел. Стояли сложные вопросы по идентификации, расположению членов экипажа, причине гибели. Полученные ответы позволили следствию восстановить картину происшествия.

 

А от каких заболеваний чаще умирают люди?

 

В структуре ненасильственной смерти превалируют заболевания сердечно-сосудистой системы. Это мировая тенденция. Многие умирают, не дожив до пенсионного возраста. Молодые люди с такими морфологическими проявлениями, как атеросклеротические бляшки в венечных сосудах, не редкость. Болезнь молодеет.

 

Какие экспертизы самые трудные?

 

Если это насильственная смерть, то чаще все более-менее ясно. Асфиксия, утопление, воздействие крайних температур, ДТП. Но иногда попадаются случаи, когда сразу непонятно, что произошло. В прошлом году обнаружили труп с множественными ссадинами, кровоподтеками, ушибленными ранами. На первый взгляд убийство. Но во время экспертизы я обнаружил множество переломов костей скелета, в том числе мелких, ссадины и раны прямоугольной формы. В конце концов пришел к выводу, что это могло быть ДТП, а именно переезд через тело. Сориентировал правоохранительные органы. Выяснилось, что причиной гибели стала… сельхозтехника. Мужчина любил выпить. Когда он лежал на земле, возможно, уснув, его переехала сенокосилка и жаткой нанесла раны. 

 

Очень коварны электротравмы. Случалось, люди выходили утром по росе на свой приусадебный участок с электрокосилкой и внезапно умирали. Иногда электрометки настолько маленькие и незаметные, что трудно предположить причину смерти. Нужно очень тщательно, внимательно осматривать тело и на месте происшествия, и при экспертизе. Мы изымаем фрагменты кожи с электрометками, находим металлизацию, гистологи подтверждают морфологические особенности входа и выхода электротока.

 

Иногда весь человек становится электрометкой. Запомнился случай: отец с сыном вблизи опор высоковольтной линии электропередачи рыбачили на углепластиковые удочки. Отец решил перейти на другое место. Удочку на плечо и пошел. А провода провисали. Он даже не коснулся их, расстояние до них метр-два, но возникла электрическая дуга через эту удочку. Мужчина практически обуглился, такой высокий разряд. Выделение тепла было настолько сильное, что вокруг в диаметре 30 метров выгорела трава.

 

Часто ли люди гибнут из-за беспечности, глупости?

 

Помню, лет 15 назад мужчина в качестве волонтера работал на свалке твердых бытовых отходов. Однажды он решил взять с собой сына-шестиклассника, у которого начались каникулы. Гусеничный трактор сдавал назад и переехал мальчишку. Душа болит, когда гибнут молодые.  

 

Много пожаров. В 80–90 % случаев находим большое количество алкоголя в крови. Люди, употребив спиртное, теряют бдительность. Происходят отравления угарным газом: то ли печку не закрыли, то ли курили в постели. Привозят обуглившиеся трупы, и нужно устанавливать причину смерти. Иногда дома поджигают с целью скрыть другое преступление. Немало случаев, когда люди в состоянии алкогольного опьянения выходят на лед или проезжую часть: идут без фликера по обочине, потом их начинает туда-сюда шатать. В темноте водитель не замечает человека. В итоге жизнь обрывается.

 

Какими качествами должен обладать медицинский судебный эксперт?

 

Процитирую высказывание профессора кафедры анатомии, физиологии и судебной медицины Московского университета Ефрема Мухина, жившего в 19-м веке: «Судебный врач должен быть философ, медик, хирург, акушер и юрист. По крайней мере столько, сколько потребно для его целей. Сверх того требуется, чтобы его душевные качества соответствовали важности его звания. Образ жизни его должен быть беспорочен, справедливость непоколебима. Присутствие духа и неустрашимость, твердость в суждениях, стремление к истине, беспристрастие, человеколюбие, сострадание без поблажек, строгость без жестокости составлять должны черты его характера». Лучше о медицинском судебном эксперте не сказано. Эти слова лежат у меня под стеклом на рабочем столе. Хочу обратить внимание, что на первом месте стоит философ и только потом медик.

 

Вам присущи все названные черты?

 

По крайней мере судебный эксперт должен стремиться к этому. Идеал для того и существует: он недостижим, но человек должен на него равняться. И если связал свою жизнь с судебной медициной, то находись в этих рамках. Некоторые молодые эксперты пришли, поработали и ушли. Так было во все времена, потому что образ судебного эксперта сформирован преимущественно кинематографом и литературой. По тому, как показан эксперт, можно судить, хороший это фильм или плохой. Всегда обсуждаем новинки и часто смеемся. 

 

И что вызывает смех?

 

Не хотелось бы никого обидеть, но сценарий обычно пишется человеком, далеким от судебной медицины. Он не вник в специфику профессии, почерпнул свои представления из других фильмов. В кино судебные эксперты очень категорично высказываются по всем вопросам уже на месте происшествия, без исследования трупа, их выводы выходят за пределы их компетенции.

 

Знаете, от чего получает удовлетворение судебный эксперт? На основании наших объективных данных можно либо доказать вину человека, либо исключить его из списка подозреваемых. Нередко при качественной фиксации ранних трупных явлений можно довольно точно установить давность наступления смерти. Это, например, позволяет поставить под сомнение алиби подозреваемого. Наша задача — работать объективно и беспристрастно.

 

Напоследок поинтересуюсь, почему выбрали медицинскую профессию и как стали медицинским судебным экспертом? 

 

Мама работала терапевтом, тетя была медиком, и мне тоже хотелось стать врачом. В 1981 году окончил Минский мединститут и собирался ехать по распределению в село. Мама купила чемодан. В судебную медицину попал, можно сказать, по стечению обстоятельств. На распределении озвучили, что есть место. «Пойдешь?» — «Пойду». Работать руками интересно. Во время учебы мы проходили циклы патологической анатомии, судебной медицины, проводили вскрытия, так что представление имели. Но какие там были трупы? Скоропостижно умершие, без криминала.

 

Прошел интернатуру на базе Минского областного бюро судебно-медицинской экспертизы и начал работать в физико-техническом отделении бюро судебно-медицинской экспертизы Минздрава БССР. Сейчас оно называется медико-криминалистическим. В то время существовало Минское городское бюро, Минское областное бюро и бюро судебно-медицинской экспертизы Минздрава БССР. Потом была создана государственная служба судебно-медицинской экспертизы, где я работал в управлении по Минску и Минской области. С 1 июля 2013 года с образованием Государственного комитета судебных экспертиз продолжил работу в ведомстве (в 2013–2019 годы Игорь Андреенков был заместителем начальника управления судебно-медицинских экспертиз управления Госкомитета судебных экспертиз по Минской области. — Прим. авт.).

 

Вы сказали, судебный эксперт должен быть философом. Тогда такой вопрос: в чем видите свое предназначение?

 

Приносить пользу людям, где бы ты ни был и кем бы ты ни работал. Как пел Андрей Макаревич, в этом мире случайностей нет, каждый шаг оставляет след. Все предопределено и все еще может случиться. Может, ты еще не дожил до того часа, когда нужно будет принять какое-то важное решение, а может, ты уже выполнил свое предназначение. Так сразу и не скажешь...


Василий Бурак, начальник управления судебно-медицинских экспертиз управления Госкомитета судебных экспертиз по Минской области:

 

Игорь Андреенков — государственный медицинский судебный эксперт с огромным опытом работы и багажом знаний, выполняет одни из самых сложных экспертиз. Игорь Николаевич пользуется авторитетом среди коллег, с удовольствием делится опытом с молодыми специалистами.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

При копировании или цитировании текстов активная гиперссылка обязательна. Все материалы защищены законом Республики Беларусь «Об авторском праве и смежных правах».