главный детский реаниматолог и анестезиолог ГУЗО Гродненского облисполкома Александр Клочко
Александр Клочко, главный детский реаниматолог и анестезиолог ГУЗО Гродненского облисполкома

Заслуженный врач Республики Беларусь, заведующий отделением анестезиологии и реанимации ГрОДКБ, главный детский реаниматолог и анестезиолог ГУЗО Гродненского облисполкома Александр Клочко в медицине 36 лет. Все эти годы он трудится в сфере реанимации и анестезиологии, где каждый день рождается по своему непредсказуемому сценарию…

 

 

Александр Иванович, как вам вспоминаются первые годы работы? Что изменилось за это время?

 

«Это был уже далекий 1984 год. Начинал я в Лельчицкой ЦРБ. Очень тепло вспоминаю коллектив больницы. Профессиональные возможности тогда были довольно скромными — не было отделения реанимации и анестезиологии. Я был штучный специалист, в единственном числе. В хирургическом отделении, в палате интенсивной терапии, выхаживали тяжелых больных. Поступали пациенты с разной патологией. Аппараты ИВЛ советского производства были малоэффективными: длительную вентиляцию легких провести было невозможно. Летальность зашкаливала…»

 

Вас знают как врача-новатора, внедрившего в лечебный процесс современные методики лечения детей, благодаря которым снизилась летальность по отделению реанимации с 1,8 % (2011) до 0,4 % (2020). Что это за методики и как широко их используют в практической медицине?

 

«В 2013 году, когда было завершено строительство нового хирургического корпуса больницы, число реанимационных коек удвоили, и теперь в отделении их двенадцать. Такая больничная кровать — это своеобразный оборудованный по последнему слову спасательный мини-центр с аппаратом искусственной вентиляции легких, монитором, дозаторами и другими приспособлениями. Благодаря ламинарным потокам над кроватями создается подушка стерильного воздуха, что также служит повышению качества лечения. На вооружении у врачей отделения самое современное оборудование. К примеру, бронхоскоп, благодаря которому инородные тела удаляем из бронхов без большой хирургии.

 

Современные методы детоксикации — гемосорбция, плазмоферез — используются в первую очередь для очищения крови при отравлениях. Применяем перитониальный диализ при острой почечной недостаточности, в том числе у новорожденных. В отделении внедрили современный метод низкопотоковой анестезии при длительно протекающих оперативных вмешательствах с использованием ингаляционных анестетиков, в результате чего достигнут двойной результат: адекватная сбалансированная многокомпонентная эндотрахеальная анестезия и экономия дорогостоящих ингаляционных анестетиков и медицинских газов.

 

Дети с тяжелыми термическими ожогами находятся на специальной противоожоговой кровати: по сути, в невесомости, в стерильной среде, что способствует более быстрому выздоровлению.»

 

Александр Иванович, у вас в больнице есть несколько стендов, на которых демонстрируются необычные «трофеи»: предметы, которые случайно оказались в дыхательных путях и желудочно-кишечном тракте малышей. Здесь и мамины сережки, и батарейки, и монеты, и гвозди… Какие интересные случаи из практики вас особенно впечатлили?

 

«Ситуации самые разные: от трагических до комических, но очень часто угрожающие жизни. Помню, как в отделение поступил ребенок, у которого 40 % тела было обожжено, 25 % — глубокие ожоги. Опрокинул на себя кастрюлю с кипящим борщом… Выхаживали 4 месяца.

 

Часто вспоминаю двух малышей: девятимесячного и годовалого из двух разных семей, но с одинаковой проблемой: в дыхательных путях обнаружен… орех. Только у одного — в правом бронхе, у другого — в левом. Лечили от кашля, но лекарство не помогало. Потребовалась наша помощь: под общим наркозом ввели тубус бронхоскопа в легкое и цапкой извлекли инородное тело: чем дольше оно там находится, врастая в эндотелий, тем труднее его удалить. Действовали быстро, осторожно, контролируя каждое движение, ведь бронхи у таких маленьких деток очень узкие и нежные. Сейчас уже все позади, и мы с улыбкой вспоминаем эти истории, а тогда было не до смеха.

 

Помню ребенка из района, который пострадал от укуса гадюки: протянул руку, чтобы ее погладить… Был отек кисти, предплечья и плеча. В отделении провели дезинтоксикационную терапию — и наш юный пациент поправился.»

 

Кого считаете своим учителем и есть ли у вас свои ученики? Где набирались профессионального опыта?

 

«Я благодарен своим учителям за их человечность, оптимизм, за любовь к профессии. Среди них замечательный анестезиолог-реаниматолог Феликс Николаевич Дрик, с которым повезло встретиться в Гомельской областной клинической больнице, где проходил интернатуру, а также профессор Владимир Владимирович Спас, у которого учился в Гродно. Мои учителя по детской анестезиологии и реанимации — профессор Виктор Викторович Курек, доцент Алексей Евгеньевич Кулагин…

 

Помогали совершенствоваться и зарубежные стажировки. В 90-ые годы активно выезжал в медицинские учреждения Варшавы, Лодзи, Кракова (Польша), был на курсах анестезиологов и реаниматологов в Мюнхене (Германия), побывал во многих ведущих медицинских учреждениях нашего профиля в России. То, что я видел тогда там, меня впечатлило. Казалось недосягаемым. Но сегодня уже можно уверенно сказать о том, что у нас не хуже. Наш уровень оказания медпомощи — европейский.»

 

Как изменилась ваша работа в связи с пандемией?

 

«Пандемия внесла свои коррективы в работу отделения анестезиологии и реанимации. К сожалению, дети тоже тяжело болеют коронавирусной инфекцией. Работать стало намного сложнее. Осмотр, обследование, лечение детей приходится проводить в средствах индивидуальной защиты — это морально и физически тяжело и требует гораздо больше времени и терпения.»

 

Вам постоянно приходится работать в экстремальных условиях, когда зачастую ребенок между жизнью и смертью. Бывает, что сделано все возможное, а детскую жизнь не получилось спасти... Со временем реагируете не так остро?

 

«Привыкнуть к страданиям детей невозможно. Я так и не научился работать без эмоционального напряжения, которое испытываешь, когда в больницу поступают тяжелобольные дети… Когда маленький пациент смотрит на тебя как на спасителя, делаешь все возможное, чтобы вырвать его из лап смерти. Эти молящие о помощи глаза потом еще очень долго помнишь…»

 

Есть ли у вас свое кредо, по которому живете? Что больше всего вы цените в людях и что никогда не прощаете?

 

«Главное для меня — оптимизм, вера в человеческое здравомыслие. Самое страшное — ложь, равнодушие и предательство.»

 

Что делаете для того, чтобы не допустить профессионального выгорания?

 

«На себя времени почти не остается. Но когда оно вдруг появляется, люблю почитать, посидеть у озера с удочкой: у нас есть родительский дом в деревне, сад и небольшая пасека. Это мое хобби. Пчелиный рой — очень любопытная для меня организация семьи насекомых. Я всегда удивляюсь их трудолюбию, настойчивости, самопожертвованию при защите своей семьи. Многим из людей этого не хватает. С женой, которая тоже врач, любим приготовить в печке «вкусняшки» для внучки. Радоваться каждому прожитому дню: врач как никто другой знает ей цену.»

 

Как обычно встречаете Новый год?

 

«Для меня это семейный праздник. Больше нравится предпраздничная суета — покупка елки, выбор подарков… Смех и радость внучки, когда она находит подарки от Деда Мороза под елочкой. Это особая радость.»

 

Из уст коллег

 

Нэлла Парамонова, заведующая 2-й кафедрой детских болезней ГрГМУ, доктор мед. наук, профессор:

 

Хочу поздравить Александра Ивановича с юбилеем. Знаю его много лет. Всегда улыбчивый, внимательный. Свою работу выполняет с удивительной четкостью. Он ангел-хранитель не только отделения реанимации, но и всех детей, требующих неотложной помощи в Гродненской области. С Александром Ивановичем комфортно и надежно. Часы общения с ним — огромное удовольствие. Профессионал. Альтруист. Порой проявляет в работе настоящий героизм.

 

С какими только сложностями ему не приходилось сталкиваться! Однажды неотложная помощь была оказана лично мне. За завтраком подавилась рыбной косточкой. А потом, как в фильме ужасов, ухудшение дыхания, приступообразный кашель. Вместо вызова скорой мчусь на работу, пулей в отделение к Александру Ивановичу. Уже только жестами показываю, что со мной. Решение принято мгновенно, и «операция» по удалению инородного тела началась прямо в коридоре. В подарок — злосчастная рыбья кость…

 

А сколько было еще разных происшествий, дежурств, ночных вызовов! При всей сложности работы никто из коллег Александра Ивановича никогда не слышал от него жалоб на усталость или свою судьбу. Нет и начальственного указующего перста: он умеет так направить подчиненных, что никто и не сомневается, что может быть по-другому. Умеет учитывать все точки зрения и соглашается, если доводы его убеждают.

 

Наш доктор Клочко — сильная, неординарная личность. И в 60 лет он чувствует себя молодым.

 

Секрет его молодости в оптимизме, трудолюбии и любви к людям.

 

Сергей Таранцей, главный врач ГрОДКБ:

 

Александр Иванович работает в нашем медицинском учреждении с 1988 года врачом-анестезиологом-реаниматологом. С 2004-го возглавил отделение анестезиологии и реанимации, сплотив коллектив стационара.

 

С 2005 года — главный внештатный детский анестезиолог-реаниматолог ГУЗО Гродненского облисполкома. При его непосредственном участии в регионе организована трехуровневая система оказания медицинской помощи детям, увеличено с 6 до 34 количество реанимационных коек для детей в детской больнице и в области в целом, открыто отделение анестезиологии и реанимации, оснащенное современным оборудованием и соответствующее мировым стандартам. Созданные условия и возможности позволяют оказывать высокотехнологичную и специализированную помощь по всем профилям педиатрии, детской хирургии, травматологии и ортопедии. В структуре отделения, где работает Александр Иванович, выделены реанимационные залы, перевязочный кабинет, оснащенные наркозно-дыхательной аппаратурой высокого класса, бронхоскопом с возможностью видеовизуализации. Все это помогает в его успешной работе.

 

Под руководством Александра Клочко в лечебный процесс внедрены современные методики лечения и анестезиологических пособий маленьким пациентам. Вместе с коллегами он внес немало рационализаторских предложений по совершенствованию лечебного процесса. Одной из сложных проблем в интенсивной терапии является проблема извлечения инородных тел из дыхательных путей. В нашем учреждении, в одном из немногих в республике, эту сложную процедуру под контролем Александра Ивановича и при его личном участии выполняют врачи-анестезиологи-реаниматологи.

 

Рабочий день Александра Ивановича не имеет временных рамок: на работе и дома он четко контролирует ситуацию, владея полной информацией о своих маленьких пациентах. В сердце врача навсегда остались самые сложные пациенты, спасение которых потребовало долгих недель и месяцев неустанного труда, переживаний за их жизнь, сочувствия и понимания. Нашему пациенту, маленькому Мише, который получил тяжелую термическую травму, было выполнено более 10 оперативных вмешательств. Мальчик провел в отделении 2 месяца. Двухлетний Саша с заворотом и некрозом кишечника перенес 4 операции, тяжелый сепсис, провел в отделении 9 месяцев. Даша с тяжелой травмой, пострадавшая с одноклассниками в ДТП, неоднократно оперировалась и провела в отделении более двух месяцев и еще много детей, спасенных общими усилиями медицинских работников.

 

За время работы заведующим отделением через руки Александра Ивановича прошло более 11 тысяч пациентов, которые нуждались в интенсивной терапии, реанимации или анестезиологическом пособии. Работа врача-анестезиолога-реаниматолога — это и детская боль, и страдания родителей, которые всегда оставляют след в душе доктора. Четыре года назад за высочайший профессионализм и верность делу Александру Клочко присвоено звание «Заслуженный врач Республики Беларусь».

 


Недостаточно прав для комментирования

При копировании или цитировании текстов активная гиперссылка обязательна. Все материалызащищены законом Республики Беларусь «Об авторском праве и смежных правах».