Евгений Меве. Врач и чеховед

Фото из архивов музея.
Фото из архивов музея.

Имя заслуженного деятеля науки, профессора Евгения Меве хорошо известно не только во врачебных кругах, но и среди ценителей творчества Антона Павловича Чехова. Это был разносторонний человек, который совмещал в себе глубокие знания в области медицины и литературный талант исследователя.

 

Начальник госпиталя…

 

Евгений Меве родился в 1910 году в Варшаве в семье врача. Его отец Борис Маврикиевич, уроженец Одессы, приехал в город после окончания Киевского университета и устроился стоматологом. Мать Ядвига Джевицкая была из местных, работала учительницей. Помимо сына Евгения, или, как его называли, Гени, супруги воспитывали дочку Марину, но она умерла в детском возрасте.

 

С началом Первой мировой войны семейство Меве перебралось в Одессу, где Евгений окончил гимназию, затем химическую профшколу, а в 1931-м — медицинский институт (4,5 курса). Еще студентом, в сентябре 1930-го, устроился инструктором Красного Креста. После учебы в вузе прошел цикл «Фтизиатрия» в Центральном институте усовершенствования врачей в Москве и до 1941 года успел поработать в туберкулезных диспансерах Хабаровска и Подмосковья.

 

В первый день войны Евгения Меве мобилизовали в действующую армию и назначили начальником полевого передвижного госпиталя Брянского фронта. Затем он возглавлял фронтовой госпиталь и эвакогоспиталь на 2-м Украинском фронте. Прошел всю войну, участвовал в Сталинградской битве. За боевые заслуги награжден 2 орденами и 16 медалями, в том числе «За оборону Сталинграда».

 

…и руководитель центра

 

После окончания войны до 1947 года был заместителем начальника клинического туберкулезного санатория Центральной группы войск в Австрии, в городе Эдлиц-Гримменштейн. В той же должности работал и в Ялтинском клиническом санатории Министерства обороны СССР. С 1950 по 1962 год заведовал туберкулезным отделением Харьковского военного госпиталя.

 

В 1964-м Евгений Борисович с семьей переехал из Харькова в Минск, где в течение почти 20 лет занимал пост заведующего кафедрой фтизиатрии Белорусского института усовершенствования врачей (ныне БелМАПО. — Прим. авт.). С 1983 года, оставив должность заведующего, и до последнего дня своей жизни Евгений Меве руководил созданным им же Минским межобластным пульмонологическим центром.

 

Фундаментальным проблемам фтизиатрии и пульмонологии Евгений Борисович посвятил более 130 научных работ. Их основная тематика — раннее выявление, клиника, специфическая профилактика первичного туберкулеза и повышение эффективности коллапсотерапии легочного туберкулеза. Широкую известность среди фтизиатров получили его монографии «Туберкулез у лиц молодого возраста (1964) и «Туберкулинодиагностика» (1970).

 

Еще в 1947 году Евгений Меве защитил кандидатскую диссертацию «Опыт выявления туберкулеза в войсках методом массовой флюорографии», в которой обобщил свой опыт борьбы с этим заболеванием в армии, а в 1964-м докторскую — «Выявление, клиника и специфическая профилактика туберкулеза в войсках».

 

Гуманность прежде всего

 

В своей статье «Жестокость и милосердие» Евгений Борисович вспоминает следующий эпизод. 13 февраля 1945 года, будучи военврачом 2-го Украинского фронта, он вошел в освобожденную правобережную часть Будапешта — Буду. Комендант города сообщил, что в подвале венгерского парламента осталось много раненых немцев.

 

«…Мы спустились вниз. Я громко сказал по-немецки, что мы врачи и пришли им помочь.Около трех часов выносили раненых из подвала парламента. Немцы хватали руки врачей и санитаров, которые укладывали их на носилки, и целовали».

 

Признанием высокогуманной врачебной деятельности Евгения Меве стали благодарственные слова президента Австро-Советского общества дружбы профессора Антона Затлера, с которым его сблизила общая забота о раненых и больных советских бойцах, находившихся на лечении в туберкулезном санатории в Австрии.

 

Личную переписку с этим человеком Евгений Борисович поддерживал на протяжении всей жизни. В начале 1980-х годов Антон Затлер писал ему: «Встреча с вами и героическими людьми вашей Великой Страны была для меня большим событием. Это и привело меня к активному участию в создании Австро-Советского общества».

 

Гуманными принципами этического кодекса доктор Меве руководствовался в отношениях с пациентами, коллегами и учениками, в общественной жизни и литературном творчестве. Любовь к человеку, неприятие насилия и зла стали одной из причин, по которой Евгений Борисович начал исследовать жизнь и творчество писателя-гуманиста Антона Павловича Чехова.

 

Любовь на всю жизнь

 

Еще во времена учебы в гимназии Евгений Меве проявлял склонность к литературе: сначала увлекался творчеством Маяковского, затем Чехова. «Сколько себя помню, люблю настоящую литературу. Но самая большая любовь, конечно, Чехов. Любовь на всю жизнь!.. В молодости я выделял его среди прочих классиков, потому что по образованию он врач», — признавался Евгений Борисович в одном из интервью.

 

Идея проанализировать произведения Чехова с точки зрения профессионального медика появилась у него после учебы в медицинском институте. Работая в одной из сельских больниц, Евгений Меве снимал комнату, у хозяина которой было прекрасное собрание сочинений писателя. Свободными вечерами постоялец перечитывал все тома и открывал заново многие знакомые вещи. Он восхищался точностью профессионализма Чехова в описании физического и психического состояния своих героев. Кроме того, произведения классика стали для Евгения Борисовича, можно сказать, специальной литературой, дававшей представление о доброте и человечности как обязательных составляющих работы любого врача.

 

Более 30 лет Евгений Меве изучал жизнь и творчество Чехова. В первой своей книге «Труд и болезнь писателя-врача», изданной в 1959 году в Харькове, он исследовал некоторые моменты биографии писателя и причины развития его болезни. Во второй книге «Медицина в творчестве и жизни А. П. Чехова» (Киев, 1961) проанализировал связь прозы классика с выработанным им «научным методом» и представил глубокое изучение его эпистолярного наследия. В третьей монографии (Киев, 1989) автор с позиций опытного врача-клинициста проводит анализ произведений гениального писателя, рассматривает вопросы врачебной этики и деонтологии, показывает близость представлений Чехова к современной трактовке психологии и психиатрии.

 

Евгений Меве использовал не только архивные данные и опубликованные материалы. Работая в Ялте, он познакомился с сестрой классика Марией Павловной и стал часто бывать в их доме в южном городе. Был знаком и с женой писателя Ольгой Леонардовной Книппер-Чеховой, также вел активную переписку с племянником Антона Павловича — художником Сергеем Михайловичем Чеховым.

 

В фондах Музея истории медицины Беларуси хранятся ксерокопии четырех писем из личной переписки Евгения Меве с Марией Чеховой, датированных 1940 годом. В них Мария Павловна очень тепло отзывается о Евгении Борисовиче, называя его «близким человеком домика Чехова».

 

Личная переписка с Сергеем Чеховым более обширная и насчитывает около 60 копий писем, пронизанных дружеским юмором, иронией и уважением к научным заслугам Евгения Борисовича. В одном из них Сергей Михайлович называет его «дорогим Чехомедом». В другом дает наставления в связи с назначением Евгения Борисовича на должность заведующего кафедрой фтизиатрии: «Рад за Вас, за 27 января (1964 года. — Прим. авт.), Вас будут постригать в орден. К тому дню Вам надо завести папочку, какая была у Тимирязева, и мантию. Это сгодится через 40 лет… когда скульптор будет ваять Ваш монумент». В следующем письме уже иронично поздравляет с должностью: «Ваша головокружительная карьера заставляет всех нас сожалеть о том, что в жизни мы не достигли никаких вершин... В силу этого… мы льстим себя надеждой, что Вы, глубокоуважаемый профессор, не откажете принять от нас самые искренние поздравления... и пожелания успешно руководить Вашей кафедрой /по-гречески КАТЕДРА — седалище/».

 

Большая часть переписки посвящена работе Евгения Борисовича над книгой «Медицина в творчестве и жизни А. П. Чехова». Так, например, в письме от 4 мая 1960 года Сергей Чехов просит его «всеми силами бороться во всех инстанциях за сохранение правдивого текста, который захотят порезать, если он будет расходиться с общими установками».

 

Неотъемлемая часть жизни

 

Знакомство с членами семьи Антона Павловича Чехова, огромная увлеченность выбранной темой, а также энергичность и настойчивость позволили Евгению Меве собрать и обобщить богатейший материал, касающийся медицинских тем в творчестве писателя, и пролить свет на некоторые факты его биографии. Все это, безусловно, сделало Евгения Борисовича одним из самых авторитетных врачей-специалистов по Чехову.

 

Труд профессора Меве не просто хобби или увлечение на досуге. Это неотъемлемая часть его врачебной жизни, синтез медицины и литературы. Антон Павлович для Евгения Борисовича был идеалом врача. В то же время это был любимый больной, тяжело страдающий туберкулезом. И как врач, и как человек, Евгений Меве переживал за него. Он был убежден, что Чехову можно было помочь лучше, чем помогли в то время. «Сердился» на его жену Ольгу Леонардовну, был уверен, что она ускорила кончину супруга, когда увезла его в Германию на лечение.

 

Творчество Чехова, конечно, было основной темой исследований Евгения Меве, но далеко не единственной. Он занимался изучением медицинских тем в творчестве Льва Толстого, писал об одном из самых выдающихся клиницистов-практиков своего времени Григории Захарьине, у которого учился сам Антон Павлович. Также исследовал научную деятельность немецкого врача, микробиолога Роберта Коха.

 

Скончался Евгений Борисович 16 января 1990 года по дороге на международный симпозиум, посвященный памяти А. П. Чехова, где должен был принять активное участие. Похоронен на Восточном (Московском) кладбище в Минске.

 


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

При копировании или цитировании текстов активная гиперссылка обязательна. Все материалы защищены законом Республики Беларусь «Об авторском праве и смежных правах».