Андрей Ерушевич — хирург-оптимист

Мой коллега по журналистскому цеху тяжело занемог. Слова «у вас опухоль», по его собственному признанию, прозвучали погребальным звоном. Но уже через месяц после резекции желудка товарища было не узнать. Появилась уверенность в благополучном исходе, возникло желание работать, писать стихи. Врачом от Бога мужчина называет своего лечащего доктора — заведующего отделением онкоабдоминальной хирургии Витебского областного клинического онкодиспансера (ВОКОД) Андрея Ерушевича. Считает, что тот заново подарил ему жизнь.
— Врачам никак нельзя без оптимизма, — уверен Андрей Ерушевич. — Он передается больным — те перестают бояться операции, с надеждой начинают смотреть в будущее.
В отделении в минувшем году прооперировали почти 1 800 пациентов, после вмешательств скончались 7 человек (летальность — 0,65%, в 2010 г. — 0,8%). Это были крайне запущенные случаи, смерть наступала от раковой интоксикации или нарастания полиорганной недостаточности. Работают 5 хирургов высшей и первой категорий, иногда за операционным столом выстаивают полный трудовой день. Спасибо, подставляют плечо сотрудники кафедры онкологии ВГМУ (заведующий — профессор Николай Луд, доцент — Галина Шаппо), руководство диспансера во главе с Анжелой Томчиной.
В онкологии Ерушевич уже 20 лет. После окончания ВГМИ трудился общим хирургом, стажировался по нейротравматологии. После двухгодичной ординатуры по онкохирургии стал выполнять вмешательства на органах брюшной полости.
— Тогда все операции при колоректальном раке заканчивались формированием стомы. В народе ее прозвали «кишка в бок», — вспоминает А. Ерушевич. — Сейчас 80% вмешательств обходятся без этого. Единовременно удаляем опухоль, региональные метастазы и «создаем заново» прямую кишку.  Реконструктивная хирургия в онкологии сделала большой шаг вперед, намного улучшено качество жизни пациентов.
В онкодиспансере лечат и предраковые заболевания: полипы, доброкачественные опухоли (не подвергшиеся малигнизации) и т. д.
— Опухолевый процесс с локализацией в желудочно-кишечном тракте очень коварен — видимые симптомы (боли, кровь или «прожилки» ее, запоры, неэффективные позывы на дефекацию и т. п.) зачастую появляются уже на поздних стадиях, — говорит Андрей Владимирович. — Поэтому основной упор надо делать на ежегодные профосмотры. В свое время в Японии на работу не принимали тех, кто не прошел фиброгастродуоденоскопию (ФГДС). Зато резко повысилась выявляемость рака желудка на начальных этапах.
В абдоминальном отделении выполняют все виды хирургических вмешательств, поэтому в РНПЦ онкологии и медрадиологии им. Н. Н. Александрова в минувшем году направили для консультации всего 17 человек. 
В 2012 г. на Витебщине начнет действовать скрининговая программа по раннему выявлению злокачественных новообразований, в т. ч. прямой и ободочной кишок. Это пилотный для Беларуси проект. Обязательно будет производиться анализ кала на скрытую кровь. Если ее обнаружат, больному проведут дополнительные исследования: ректо- и колоноскопию, ФГДС, УЗИ, возьмут кровь на онкомаркеры и др. На учет поставят людей, чьи близкие страдали раком ЖКТ. В программу войдут пациенты с полипозом, неспецифическим язвенным колитом, атрофическим гастритом. Так, в отделении лежала 16-летняя девочка, которой удалили полипы прямой кишки. Теперь врачи обследуют всю ее семью.
— Подчас облучение опухоли позволяет перевести ее из нерезектабельного состояния в операбельное. Адъювантная химиотерапия продлевает срок жизни, предупреждает метастазирование, — рассказывает Андрей Владимирович. — При онкодиспансере функционирует дневной стационар, часть больных может лечиться и дома. Это снижает экономическое бремя, разгружает очередь на госпитализацию. Кстати, в нашем отделении пред-
операционный период в среднем 4 дня, длительность лечения — 13–14 суток.
Врачи-онкологи во время операции ликвидируют не только злокачественные очаги, но и сопутствующие заболевания хирургичес-
кого профиля.
Нередко это отнимает больше времени, чем удаление самого новообразования.
— Мы постоянно участвуем в международных конференциях и семинарах, ищем новые методики в Интернете, — рассказывает завотделением. — Проводим клинические испытания препаратов. Сейчас на очереди актуальная разработка французских фармакологов: позволяет избежать внутрисосудистого свертывания крови во время операции и в первые часы после нее.
В абдоминальном не только умело обращаются со скальпелем. В минувшем году после оперативных вмешательств на ЖКТ свыше 100 больных прошли реабилитацию. Ерушевич объясняет:
— После резекций либо удаления всего органа (к примеру, желудка) пищеварение серьезно страдает. Падает гемоглобин, снижается концентрация белковых фракций, возникают водно-электролитные нарушения. Корректируем эти явления, даем советы по правильному питанию, пишем специальные рекомендации.
Недавно в отделение доставили мужчину, ранее прооперированного по поводу рака сигмовидной кишки. Районные хирурги, посмотрев на «некрасивый» живот, не стали связываться с онкобольным, отправили в Витебск. Однако у пациента рецидива опухоли не обнаружили — это был гнойный аппендицит с воспалением брюшины. Сразу же провели аппендектомию, теперь больной пошел на поправку.
Андрей Ерушевич вместе с семьей — супругой Ириной Георгиевной (врач в онкодиспансере) и дочерьми Катей и Яной — любят путешествовать, отдыхать на море, работать на даче. Как приятно во время отпуска отключить мобильник и забыть об операционной, чтобы снять накопившиеся за год эмоциональные перегрузки!
Дочери в этом году оканчивают ВГМУ. Старшая Екатерина сначала поступила на биофак ВГУ им П. М. Машерова, отучилась 2 года и за-
явила: «Нет, это не мое!». Перевелась в медицинский.
А Яну отец называет «мальчишкой в юбке». Та испытала на себе многие виды «экстрима»: с парашютом прыгала, с аквалангом погружалась, умело водит автомобиль, любит велосипедные прогулки. А главное — хочет быть онкохирургом, как папа. Занимается в студенческом кружке, пишет научные статьи.
И никак не может отец отговорить ее от этой тяжелой, не дамской специальности. А может, и не нужно? Пусть больше будет врачей-оптимистов.